Помогите мне!

Сейчас я боюсь множество вещей. Я люблю рисовать, но в то же время я боюсь своих же картин. Поэтому комната с моими шедеврами (как их называет Саша), всегда закрыта на ключ, а картины завешаны тканью. Рисую, в основном, страшные вещи: женщин со взглядом, следящим за тобой; вампиров, с окровавленными клыками; призраков; мертвецов... Я боюсь этого, но как только я беру в руки кисть, она, будто без моего ведома, начинает рисовать. И я знаю, что на это повлияло - когда мне было шестнадцать, меня поймали некие приверженцы Дьявола. Сейчас их называют сатанистами. Вот как это было.

Я шла по коридору школы, прокручивая моменты недавней ссоры с подругой. Чтобы я ещё раз с ней помирилась! До этого она говорила, что мы с ней подруги навеки, а теперь ходит со своей новой подругой! Не понимаю и почему я виновата в этом? Ах... впрочем, не так важно. сейчас у меня контрольная, к которой я готовилась весь вечер. Я зашла в кабинет...

Хм, думаю, я написала её хорошо. Больше у меня уроков нет, поэтому я иду домой. Я достала телефон чтобы посмотреть время и в эту же минуту мне пришло смс от подруги. «Давай помиримся? Приходи в наш дом, хорошо?» - вот что она мне написала. Если честно, я обрадовалась - всё-таки, мы хорошие подруги. Конечно, я бы не хотела вообще ссориться, но мы обе - очень вспыльчивые личности и обычно, к компромиссам в спорах, прибегаем редко.

Кстати, «наш дом» - это недавно построенный дом, рядом с нашим двором. Пока там никто не живёт, но подростки, бомжи и неформалы уже облюбовали это место. Пока люди решают, покупать или нет, стены уже разрисовали разными граффити, глупыми надписями и рисунками. Их постоянно красят, поэтому часто в подъезде запах краски. Мы с Олесей сидим на крыше и обычно просто общаемся. Во дворе дети обычно не гуляют. Да и вообще, ходят слухи, что там живут некие убийцы, которые убивают голубей и бродячих детей. Ну, нас, любопытных подростков, снующих везде, где можно и нельзя, таким не напугать.

Я, немного подпрыгивая, побежала к дому. Забежав в открытый подъезд (ведь уже май, жарко), я бегом взлетела по лестнице и побежала на крышу. Пробегая по лестнице, я учуяла запах гнили - здесь такое всегда. Не зря же говорят, что тут убивают птиц. Наконец я дошла до той лестницы, ведущей на крышу - она выглядит хрупкой и я всегда дрожу, когда поднимаюсь по ней. Руки у меня уже дрожали, прерывисто дыша, я открыла дверь, которая немного заскрипела.

Оглядевшись, я поняла, что так не должно быть. Там никого не было... Я растерянно оглядывалась, когда заметила тень, пробежавшую мимо меня. Я подошла к ограде... У меня из глаз текли слёзы, голова тотчас заболела, а в груди было пусто от того, что Олеся меня обманула... Так уже было - её новые подруги всегда хотят меня надуть.

Я представила, как я падаю с 15 этажа. С закрытыми глазами это было таким... чудесным. Моё тело стало раскачиваться само по себе. Мои руки крепко хватились за преграду.

Внезапно, кто-то сзади меня схватил и потащил в помещение, которое мы называли «подвал на крыше». Я завизжала, стала отбивалась, кусала руки того человека. В меня воткнули шприц и я почувствовала, как засыпаю. Тело расслабилось, успокоилось.

Проснувшись, я почувствовала, что мои руки связанны. В дальнем углу, в бессознательном состоянии лежала моя подруга. Я закричала, что есть силы, понимая, что меня все равно никто не услышит:

- Помогите мне!