Порча на даче

Как-то выхожу я во двор на даче уже в сумерках ведро выливать. Обычно я сливаю воду под чахлый куст смородины у забора, который, кстати, с каждым новым ведром все крепчает.

За забором идет дорога, а вдоль нее соседские домики – обычное садоводство. Наклоняюсь я ведро вылить, и тут мой слух улавливает приглушенные голоса на дороге. Я с соседями особо не общаюсь, и уже хотела уйти, как услышала свое имя. Решила, постою, послушаю, что обо мне говорят. Хотя я полностью была уверена, что ничего хорошего.

Чтобы хоть что-то услышать, мне пришлось принять позу крючка, наклонившись вперед. Разговаривали две мои соседки, молодые и наглые мамаши. Они всегда меня недолюбливали, косили взглядом и бурчали что-то под нос. Как я ни пыталась наладить с ними отношения, толку никакого. Дело в том, что дачу я купила недавно. Приехала и купила. Шесть соток с домиком.

И вот выясняется, что одна из этих мамаш давно метила купить этот участок, а я такая плохая приехала и разрушила ее планы. С тех пор так и живу в ореоле «негативной энергии», благо, забор есть. Только он не всегда помогает: дети моих соседок повадились гурьбой вдоль и поперек бегать вдоль забора и топтать высаженные мною сосенки. Вытоптали тропинку между канавой (она за забором, но считается зеленой зоной и принадлежит мне). Мало того, они взяли привычку дразнить мою собаку. Бедняга уже охрип на них лаять. С одной стороны это всего лишь детские шалости, ерунда. Однако неприятно. Я пыталась говорить с детьми, но это все равно, что об стенку горох. Чем больше я пыталась им внушить, что не надо бегать вдоль канавы, ведь, во-первых, можно переломать себе все, а во-вторых, это все-таки чужая территория, тем больше они мне вредили. Их родители со мной говорить отказались. Каждый день одно и то же, как тут отдохнешь? Я человек не скандальный, поэтому боролась с ними разговорами, а вот мой муж совсем другого плана человек.

Как-то мы с ним сидели на террасе и болтали, как наш пес сорвался с места и начал надрываться от лая. За забором замаячили знакомые фигуры. Всего детей было трое – три мальчика. Всем лет по шесть-семь. Иногда к ним присоединялись еще, но без особого энтузиазма. Но в тот раз были дети только моих соседок. Они смеялись и обзывали собаку. Вообще не понимаю, откуда в этих детях столько злости. Дети, видно, не заметили нас с мужем, и один из мальчиков уже в наглую перекинулся через забор и навис над Тоби (моя собака). Благо, забор высокий, а то мой попрыгунчик оттяпал бы этому хулигану нос.

Все это происходило так быстро, что я не успела опомниться. Мой муж вскочил и громко рявкнул на детей, что, наверное, во всем садоводстве было слышно. У меня аж дыхание перехватило. Что именно он крикнул, я не поняла, но мальчик, перекинувшийся через забор, рухнул спиной в канаву. Об этом говорили всплеск и вопли. Ситуация с одной стороны выглядела комично, с другой — страшно. Дальше прибежали мамы детей, посыпались обвинения и оскорбления на меня с мужем. Причем не без крепкого словца в присутствии детей. Упавший в канаву мальчик отделался ушибами и, слава Богу. В канаве могла остаться от прежних хозяев старая арматура, так бы и убился.

После этого инцидента эта парочка меня, можно сказать, возненавидела. Зато их дети у забора больше не появлялись. Случай с мальчиком произошел примерно за месяц до того, как я подслушала этот разговор. Стою я в позе с оттопыренной пятой точкой и вслушиваюсь:

— …еще пожалеет, что поселилась здесь.

Я могла слышать только обрывки фраз, но суть уловила:

— …я вот тут придумала… — на этих словах я разогнулась, взяла ведро и ушла.

У меня все затекло, и не было ни малейшего желания слушать, что она там надумала. А зря…

И вот спустя пару дней сижу я на стульчике на природе и читаю книжку, как прилетает ко мне на участок какой-то предмет. Что-то маленькое шлепнулось в клумбу с моими бархатцами. Пошарив там, я обнаружила тухлое яйцо, проткнутое иглой, размером с небольшую вязальную спицу. И вот стали прилетать такие подарочки ко мне по нескольку раз в день – то яйцо, то картофелина гнилая. Ну, так сказать, всем ясно, для чего нужны такие атрибуты. К знахарке никакой я не побежала, как принято делать, а просто стала собирать все это и сжигать. Дело усугублялось тем, что я не могу патрулировать забор день и ночь, а прилетала всякая съедобная ерунда, и мне надо было следить, чтобы Тоби не подбирал эту гадость.

Однажды я заметила того мальчишку, что упал в канаву с каким-то свертком в руке. Он околачивался возле забора, но видно постеснялся кидать его при мне. Моя жизнь превращалась в кошмар – представьте, собирать всякую тухлую фигню со всего участка, сжигать ее и бояться. Бояться, потому что с тех пор, как все это началось, у меня появились проблемы со здоровьем. Так я прожила около месяца.

Один раз я ехала на велосипеде по центральной дороге, а навстречу мне эта самая соседка идет. Когда мы поравнялись, она так злобно сказала, что скоро купит у меня участок. Правда, продавать его я не собиралась. Но обстоятельства вынудили меня это сделать – у отца открылась опухоль, нужна была дорогостоящая операция. Пришлось выставить дом на продажу, а первой покупательницей оказалась моя соседка. Деньги нужны были срочно, а других покупателей не было… Что делать, пришлось ей продавать. После оформления бумаг она подловила меня на улице, достала из кармана сверток, сунула его мне и сказала:

— Будешь знать, как на детей кричать.

И так злобно улыбнулась, меня аж передернуло. Я не стала ругаться, промолчала. Хотя желание плюнуть в ей в лицо у меня было. Сверток я домой не понесла, развернула, а внутри крыса дохлая. Меня посреди дороги чуть не вырвало. Жаль, что на таких сумасшедших нет управы. А участок свой она все-таки получила. С отцом все, слава Богу, обошлось. Нужная сумма была собрана, и сделана операция. Сейчас мы с мужем и Тоби нашли другую дачу. Соседи все добрые и отзывчивые люди, часто ходят в гости, делятся новостями. Надеюсь, мы вольемся в их дружный коллектив.