После поминок

Лично я не был свидетелем этой истории, а услышал ее через вторые руки. Впрочем, люди это были не склонные к излишнему сочинительству, психически здоровые и не суеверные. Типичные “советские православные атеисты”. Ну да, перейдем к сути. Некоторые подробности я уже не помню, впрочем, они все равно ничего не меняют.

Произошло это в отдаленном сибирском городке. Наряду с благоустроенными пятиэтажками там было множество деревянных домов еще довоенной постройки. Разумеется, в этих бараках уже не жили скопом множество людей, как в муравейнике, а одна-две семьи. Один такой барак на окраине занимала семья: вполне молодая еще женщина и ее пожилая мать. Случилась в этой семье не то чтобы трагедия, потому что особо они по этому поводу не убивались, но грустное событие – смерть какого-то далекого, но единственного родственника. По местной традиции на похороны и поминки может прийти кто угодно, даже совершенно незнакомый человек, и его нельзя выставить за дверь. Никаких удобств, вроде ритуальных залов, и возможности заказать под поминки кафе тогда и в помине не было, и все действо происходило дома у “виновников торжества”. Разумеется, туда набивался всякий сброд – местные и не очень алкаши, никому неизвестные старухи, бичи самого разного пошиба. Наливали всем. Кто послужил причиной дальнейших событий, так и осталось неизвестным. Неприметная бабка, навредившая по каким-то своим, никому неведомым причинам, или кто-то из недоброжелателей, которые, конечно же, не могли не присутствовать на таком застолье – кто знает?

Была уже ночь. Праздник кончился, желанные и не очень гости разошлись по домам. Женщины собирались ложиться спать, погасили во всем доме свет, кроме одной комнаты. И тут пробило полночь. Пробило не на часах, а тяжелыми ударами в ставни. Женщины, конечно, испугались. Стук повторился, на этот раз в дверь. Затем – по стене, уже в доме. Дальше стало твориться нечто уже совсем из ряда вон выходящее. Единственная горящая лампочка разорвалась. Они не растерялись и быстро достали шахтерский фонарик. По дому мелькали какие-то тени, но самое страшное – звуки… Хохот, хлопанье крыльев, вой и топот. Тени кричали им что-то издевательское, что – они так и не сказали, быть может, из стеснительности. Ночевать в таком доме было решительно невозможно. Старшая каким-то образом догадывалась, в чем тут дело. Пересиливая страх, они вооружились веником и начали обходить дом, заглядывая в самые укромные закутки. Под половиками, за мебелью – везде, где только можно было незаметно спрятать, была рассыпана земля. Как они решили, кладбищенская. Землю собрали в ведро и выбросили за дверь. Безобразия в доме прекратились. Но во дворе с воем и хохотом продолжала расхаживать нежить. Женщины заперлись и просидели до утра. Когда стало светать, осада кончилась. В заткнутых тряпками отдушинах вокруг дома нашлось еще немало подозрительной земли, которую всю тут же с матюгами (говорят, помогают от нечистых) выбросили со двора. Следующая ночь уже была спокойной.