Призрак железной дороги

В течение 15 лет машинист Петер Краузе обслуживал одну и ту же захолустную линию железной дороги. И вот, подъезжая к небольшой станции, он стал видеть около полотна домик, откуда каждый раз при приближении поезда выходил седовласый старик с желтым платком на шее и шел прямо по рельсам.

Всякий раз, опасаясь задавить старика, Краузе останавливал поезд. Помощник машиниста очень удивлялся этим остановкам, утверждая, что все это – и домик, и старик – Петеру лишь мерещится…

Однако видения не оставляли машиниста на протяжении полутора лет и довели Краузе до того, что он обратился к врачу.

Доктор, проведя необходимые обследования, не нашел никаких отклонений в психике пациента, успокоил его и сказал, что такие случаи бывают. Нет необходимости оставлять службу, но лучше переменить место работы. Машинист последовал совету врача. Прошло еще несколько месяцев, и доктор получает письмо от директора тюрьмы в Шварцвальде, из которого узнает, что Петер Краузе обвиняется в предумышленном убийстве, но отрицает свою виновность и в подтверждение своих слов ссылается на него. «Этот доктор меня должен помнить, – говорил Краузе, – он скажет, что я не убийца!»

Доктор немедленно поехал в тюрьму, где содержался машинист, и дал о нем самый благоприятный отзыв. Кочегар, работавший вместе с Краузе и находившийся в это злосчастное утро 17 июня 1997 года рядом с ним, показал следующее:

– Подъезжая в шесть часов утра с товарным поездом к станции, Краузе увидел, как из домика, хорошо известного ему по предыдущей службе, вышел старик с желтым платком на шее и неверной походкой стал переходить через рельсы. Петер, казалось, ничего не замечал и продолжал вести поезд. Я крикнул ему: «Стой!», он обернулся ко мне с искаженным лицом, глаза его дико сверкали. «Стой! – снова крикнул я. – Человек на рельсах!» Он продолжал смотреть на меня со страшным, неподвижным лицом и спросил, едва не скрежеща зубами: «Где?» – «Господи! – воскликнул я. – Там, впереди, с желтым платком на шее!»- «Тот самый! – страшно захохотал Петер. – Сколько раз я уже переезжал этого старика, а он все еще жив!» – и, не переставая смеяться, наехал на беднягу. Раздался страшный крик. Поезд наконец-то остановился. Поперек рельсов лежало забрызганное кровью тело. Голова была отделена от туловища и смотрела на нас широко раскрытыми глазами.

Увидев, что он натворил, Петер упал без чувств. Мне пришлось самому вести локомотив, и минуты через две мы были на станции. Там его и арестовали…

Врач сообщил начальнику тюрьмы все, что ему было известно, и пошел навестить обвиняемого. Тот был неузнаваем – лицо осунулось, глаза ввалились и горели, как у дикого зверя. Увидев врача, он взмолился:

– Скажите им, что я не убийца. Вы знаете, что я хотел из-за этого оставить службу. Вы отговорили меня, и вот теперь я здесь… Врач долго ходил по судебным инстанциям, и в итоге Петера Краузе освободили из тюрьмы, отправив… в больницу для умалишенных.