Путешествие в один конец

Свершилось – Дина моя жена со вчерашнего дня. Мы мчимся на новеньком Харлее в зимний коттедж на берегу горного озера. Коттедж я купил накануне свадьбы, чтобы провести в нём медовый месяц.

Раннее утро, пустынная дорога горным серпантином тянется вверх, с одной стороны — скалы, с другой — обрыв, ветер — в лицо, тепло любимых рук — жена держится, обхватив мою грудь, прижимается так крепко, что ощущается биение её сердца. Я — самый счастливый человек в этом мире… лишь на краткий миг… новый поворот, из-за которого на бешеной скорости на нас летит огромный грузовик.

Пытаюсь увернуться, но он ударяет Харлей в бок. Я не вижу, лишь чувствую толчок. Меня крутит и несёт. Удар, темнота. «Надо встать… надо встать, Дине нужна помощь». Открываю глаза; все плывёт и качается, но я поднимаюсь, сначала на четвереньки, потом, опираясь на руки, встаю. Грузовика нет, уехал сволочь. Харлей с вывернутым задним колесом наполовину свисает с обрыва. Жены нигде не видно. Я на трясущихся ногах подхожу, смотрю вниз. Видно, как она катилась вниз — смятые кусты указывают траекторию падения. Начинаю спуск.

Такой длинный склон, вокруг кустарники и редкие осины, за ними — бурная горная река.

Дины не видно. Я обшариваю кусты, оглядываюсь, возвращаюсь на несколько метров вверх и снова спускаюсь. «Динаа», — я кричу, но шум реки заглушает мой голос. Спуск заканчивается каменистым берегом: огромные валуны, мелкие острые камни, и ни одной живой души. Я в растерянности оглядываюсь — на плоском камне, наполовину лежащем в воде, вижу алый шарф жены. Подбегаю, хватаю его, он пахнет её духами. И тут замечаю протянутые поперёк реки канаты, один — у самой воды, другой — выше примерно на метр. С моей стороны они привязаны к толстой осине, с другой — к вбитым в скалy огромным крюкам. Неожиданно на том берегу появляется мужчина, он словно вышел из скалы: мгновение назад его не было и вот он уже, держась за верёвку, перебирается ко мне.

– Что вы тут делаете? – незнакомец смотрит с неприязнью.

– Моя жена упала с обрыва. Мы попали в аварию. Она должна была быть где-то здесь, – я растеряно развожу руками, – не знаю, что делать, но её нигде нет, только шарф. Вот, – я протягиваю красный шарфик жены. – Может, вы видели её?

– Видел, – совершенно спокойно отвечает незнакомец. – Она перешла на ту сторону. Я ей помог.

– Зачем ей на ту сторону? – ошарашено спрашиваю я. – Она упала отсюда показываю на верх склона, с которого только что спустился.

– Она попросила, я перевёл.

– Хорошо, поищу её там, – я понимаю абсурдность всего происходящего, но мне ничего не остаётся.

– А вам нельзя.

– Что?

– Вам нельзя, – тип зло ухмыляется, он явно не в себе.

Я решительно подхожу к реке, мне плевать на слова незнакомца, если Дина — там, я должен её там найти. Хватаюсь за канат и делаю шаг. У самой воды стелется туман и второго каната, по которому мне нужно идти, почти не видно.

– Ну хорошо, я помогу, но вам отвечать за последствия. Я привяжу вас к себе, будете идти нога в ногу со мной, если сорвётесь я вас вытащу.

Киваю. А туман все выше, на середине реки он поднялся уже до колен. Если и дольше так пойдёт, на том берегу он полностью меня закроет. Стараюсь не думать, как стану искать Дину. Сейчас главное перебраться. Мой проводник уверено идёт впереди. Веревка, прикреплённая к нему, намертво обхватывает мою грудь. «Только что меня так обнимала Дина», — тоскливо думаю я. Наконец, берег. Проводник снимает верёвку и идёт прочь. «А мне куда?», — в ответ вижу указательный палец незнакомец указывает на крюк с привязанным канатом. И сквозь неплотную пелену я наконец замечаю вход в пещеру. Дина, наверно, ударилась головой, иначе ей не пришла бы бредовая идея перебираться с незнакомцем через реку, а потом идти внутрь этой пещеры. Но выхода у меня нет, и я вхожу в темноту.

Так идти не получится, я включаю фонарик на телефоне. Но определить размеры пещеры невозможно — света недостаточно. К тому же, мешает туман, он совсем редкий, как пар в ванной комнате после душа. Реку не слышно, но появляется другой звук непонятные стоны и вздохи, всхлипывания, словно я не внутри пещеры, а на болоте. Стараюсь не думать об этом мне нужно найти жену. «Дина-а», — кричу я. В ответ возвращается эхо: «Дина-а-а-а-а… ина-а-а… а-а-а-а». В слабом свете фонаря видятся странные тени. Похоже, туман играет со мной злую шутку. Пару раз перед глазами появляется тень, и по лицу будто проводят лёгкой влажной тканью. Я вздрагиваю и уворачиваюсь. Возможно, это летучие мыши летят на свет. Кто-то пробегает по ногам, я это чувствую даже сквозь ботинки. Неужели здесь крысы? Ещё не хватало. Я свечу вниз, но вижу только сгустки тумана, словно маленькие тучки, проплывающие понизу. Руки мёрзнут, меня бьет озноб. «Где Дина? Зачем она сюда забралась?» — я стараюсь выстроить логическую цепочку случившегося, но у меня не выходит. Свершилось – Дина моя жена со вчерашнего дня. Мы мчимся на новеньком Харлее в зимний коттедж на берегу горного озера. Коттедж я купил накануне свадьбы, чтобы провести в нём медовый месяц.

Раннее утро, пустынная дорога горным серпантином тянется вверх, с одной стороны — скалы, с другой — обрыв, ветер — в лицо, тепло любимых рук — жена держится, обхватив мою грудь, прижимается так крепко, что ощущается биение её сердца. Я — самый счастливый человек в этом мире… лишь на краткий миг… новый поворот, из-за которого на бешеной скорости на нас летит огромный грузовик.

Пытаюсь увернуться, но он ударяет Харлей в бок. Я не вижу, лишь чувствую толчок. Меня крутит и несёт. Удар, темнота. «Надо встать… надо встать, Дине нужна помощь». Открываю глаза; все плывёт и качается, но я поднимаюсь, сначала на четвереньки, потом, опираясь на руки, встаю. Грузовика нет, уехал сволочь. Харлей с вывернутым задним колесом наполовину свисает с обрыва. Жены нигде не видно. Я на трясущихся ногах подхожу, смотрю вниз. Видно, как она катилась вниз — смятые кусты указывают траекторию падения. Начинаю спуск.

Такой длинный склон, вокруг кустарники и редкие осины, за ними — бурная горная река.

Дины не видно. Я обшариваю кусты, оглядываюсь, возвращаюсь на несколько метров вверх и снова спускаюсь. «Динаа», — я кричу, но шум реки заглушает мой голос. Спуск заканчивается каменистым берегом: огромные валуны, мелкие острые камни, и ни одной живой души. Я в растерянности оглядываюсь — на плоском камне, наполовину лежащем в воде, вижу алый шарф жены. Подбегаю, хватаю его, он пахнет её духами. И тут замечаю протянутые поперёк реки канаты, один — у самой воды, другой — выше примерно на метр. С моей стороны они привязаны к толстой осине, с другой — к вбитым в скалy огромным крюкам. Неожиданно на том берегу появляется мужчина, он словно вышел из скалы: мгновение назад его не было и вот он уже, держась за верёвку, перебирается ко мне.

– Что вы тут делаете? – незнакомец смотрит с неприязнью.

– Моя жена упала с обрыва. Мы попали в аварию. Она должна была быть где-то здесь, – я растеряно развожу руками, – не знаю, что делать, но её нигде нет, только шарф. Вот, – я протягиваю красный шарфик жены. – Может, вы видели её?

– Видел, – совершенно спокойно отвечает незнакомец. – Она перешла на ту сторону. Я ей помог.

– Зачем ей на ту сторону? – ошарашено спрашиваю я. – Она упала отсюда показываю на верх склона, с которого только что спустился.

– Она попросила, я перевёл.

– Хорошо, поищу её там, – я понимаю абсурдность всего происходящего, но мне ничего не остаётся.

– А вам нельзя.

– Что?

– Вам нельзя, – тип зло ухмыляется, он явно не в себе.

Я решительно подхожу к реке, мне плевать на слова незнакомца, если Дина — там, я должен её там найти. Хватаюсь за канат и делаю шаг. У самой воды стелется туман и второго каната, по которому мне нужно идти, почти не видно.

– Ну хорошо, я помогу, но вам отвечать за последствия. Я привяжу вас к себе, будете идти нога в ногу со мной, если сорвётесь я вас вытащу.

Киваю. А туман все выше, на середине реки он поднялся уже до колен. Если и дольше так пойдёт, на том берегу он полностью меня закроет. Стараюсь не думать, как стану искать Дину. Сейчас главное перебраться. Мой проводник уверено идёт впереди. Веревка, прикреплённая к нему, намертво обхватывает мою грудь. «Только что меня так обнимала Дина», — тоскливо думаю я. Наконец, берег. Проводник снимает верёвку и идёт прочь. «А мне куда?», — в ответ вижу указательный палец незнакомец указывает на крюк с привязанным канатом. И сквозь неплотную пелену я наконец замечаю вход в пещеру. Дина, наверно, ударилась головой, иначе ей не пришла бы бредовая идея перебираться с незнакомцем через реку, а потом идти внутрь этой пещеры. Но выхода у меня нет, и я вхожу в темноту.

Так идти не получится, я включаю фонарик на телефоне. Но определить размеры пещеры невозможно — света недостаточно. К тому же, мешает туман, он совсем редкий, как пар в ванной комнате после душа. Реку не слышно, но появляется другой звук непонятные стоны и вздохи, всхлипывания, словно я не внутри пещеры, а на болоте. Стараюсь не думать об этом мне нужно найти жену. «Дина-а», — кричу я. В ответ возвращается эхо: «Дина-а-а-а-а… ина-а-а… а-а-а-а». В слабом свете фонаря видятся странные тени. Похоже, туман играет со мной злую шутку. Пару раз перед глазами появляется тень, и по лицу будто проводят лёгкой влажной тканью. Я вздрагиваю и уворачиваюсь. Возможно, это летучие мыши летят на свет. Кто-то пробегает по ногам, я это чувствую даже сквозь ботинки. Неужели здесь крысы? Ещё не хватало. Я свечу вниз, но вижу только сгустки тумана, словно маленькие тучки, проплывающие понизу. Руки мёрзнут, меня бьет озноб. «Где Дина? Зачем она сюда забралась?» — я стараюсь выстроить логическую цепочку случившегося, но у меня не выходит. Невыносимая тоска замораживает душу. Я, словно, оказался в старом заброшенном колодце, и из него меня уже никто не спасёт. Все чаще и чаще чувствую на лице влажную ткань, ноги оплетают полупрозрачные змеи, костлявые руки, сотканные из пара, хватают за рукава куртки. Ядовитая мгла дурманит мой мозг. Я понимаю, что если сейчас не найду жену, то сойду с ума и навсегда заблужусь в лабиринтах этой смертельной ловушки. Чтобы подбодрить себя начинаю петь песню, написанную специально для Дины. Это мой последний хит. Я, благодаря ему, вернее гонорару за альбом, в котором эта песня была хитом, и купил коттедж. Чувствую, что если Дина здесь, она отзовётся, и оказываюсь прав: мой фонарь выхватил из тьмы женскую фигурку. Я замираю на полуслове, оборвав песню.

— Дина?

— Да, любимый. Нет, не подходи, это опасно.

Я кидаюсь к жене, но в тот же миг останавливаюсь, словно натыкаюсь на невидимую преграду.

— Дина, милая, ты цела? Надо выбираться отсюда. Зачем ты вообще сюда забрела?

— Так получилось, прости. Ты иди, а я следом. Пожалуйста, только смотри вперёд не оглядываясь. Эта пещера словно живая, неверное движение, и можно всё потерять. Иди. Не бойся. Я иду за тобой.

Не знаю почему, но я слушаюсь жену, столько в её словах уверенности. Хотя мне безумно хочется подбежать и прижать её к себе. «После, — думаю, — надо только выбраться». Я поворачиваю обратно. Всё настойчивее кто-то хватает за ноги и за руки. Пытается закрыть мне лицо. Стоны и всхлипы ещё громче — словно целые толпы привидений носятся вокруг, стараясь преградить путь. Адское место. Медлить нельзя, иначе ядовитый туман совсем сведет с ума. Я ускоряю шаг.

— Дина быстрее. Нам нужно выбираться отсюда.

— Я иду, — слышу в ответ безжизненный голос.

Мне становится страшно: а что если жена уже надышалась этой отравой — она здесь дольше, чем я. Если она сейчас упадёт, я даже не услышу и не узнаю об этом. Страх за жену вытесняет всё. Разворачиваюсь и устремляюсь к ней. Свет фонаря выхватывает окровавленное безжизненное лицо жены, в следующее мгновение её фигурка складывается пополам и молниеносно исчезает во тьме. Сознание проваливается в небытие, а через долю секунды я снова возвращаюсь. Все тело пронизывает невыносимая всепоглощающая боль, пытаюсь приоткрыть глаза, но моментально их закрываю из-за ослепительного света.

— Ну этот живой, — слышу я, — труп женщины и водителя грузовика подняли? Хорошо, их увезёт другая машина. Всё, отправляем.