Разговор на перроне

Парень вышел на перрон из здания вокзала и поставил тяжелую сумку на землю. Достав из кармана билет и, взглянув на часы, он облегченно выдохнул и принялся осматриваться в поисках свободной скамейки. В паре шагов от него стояла, как раз почти свободная. Почти - потому что на самом ее краю сидел старик и, оперевшись двумя руками на палочку, задумчиво смотрел на пути. Подхватив сумку, парень сделал пару шагов и плюхнулся на скамейку…

- Думал, что не успею, - скорее себе, чем кому-то, сказал он.

- А стоило ли так спешить? - старик повернулся к молодому человеку и посмотрел ему в глаза.

- Конечно, - усмехнулся парень, - билет-то оплачен. Не хотелось бы опоздать на поезд.

- А, ну да, - кивнул старик, - билет, действительно, оплачен… Далеко собрался?

- Далеко. На заработки еду.

Старик о чем-то снова задумался, но через минуту снова повернулся к молодому человеку.

- А почему тебя никто не провожает?

- Вчера проводили, - засмеялся парень и характерным движением почесал горло, - а вы куда едете?

- Я не еду, - покачал головой дед, - я встречаю.

- Родственника?

- Нет, пассажира одного, - уклончиво ответил старик, - просто пришел пораньше. Мне нравятся вокзалы, здесь особая атмосфера.

- Серьезно? - удивился парень, - лично для меня, что вокзалы, что рынки - это жуткие места. Устаешь очень сильно, как-будто силы кто-то высасывает.

- Каждому свое, - пожал плечами старик и ненадолго замолчал, - но все же здесь как-то по-особенному. Я люблю наблюдать за людьми… Их обычно провожает куча родственников. Обнимают, улыбаются, суют в карманы пирожки. Затем человек заходит в свой вагон и садится у окошка, чтобы помахать им на прощание рукой. Не знаю, кто придумал эту традицию, но все ее неуклонно выполняют. Вроде как он еще с ними. Сначала машет им рукой, потом пытается знаками показать, чтобы они уже шли домой, а они не уходят. Он же им не чужой человек, правильно? Вот и не уходят. Даже когда трогается состав, они еще долго идут за ним и машут вслед. А потом заканчивается перрон.

И он начинает осматривать своих соседей. Он еще не знает, кого судьба подсадила к нему в вагон. Если повезет, то среди них окажется парочка людей, которые не только окажутся ему по душе, но и он им тоже будет симпатичен. С ними он будет разговаривать больше всех, делиться своими припасами, обсуждать новости. В какие-то моменты они будут ему надоедать, и он будет залазить на свою полку и молча смотреть в окно, за которым проносится жизнь. Потом человеку снова станет скучно и он, соскочив с полки, опять пойдет к ним. В редких случаях, с ними можно будет доехать до самого конца пути… Ах, да. В его вагоне обязательно будут люди, которые будут его раздражать. И нужно быть готовым к тому, что таких будет большинство. Впрочем, к нему они тоже не будут испытывать особой симпатии. Поэтому придется терпеть их присутствие. Это обычная жизнь. Одни и те же лица, разговоры, полка, окно…

Но иногда судьба будет подкидывать этому человеку подарки в виде остановок. Ох уж эти остановки! Они очень короткие, но сколько эмоций! Он выходит из вагона, смотрит на незнакомых ему людей, дышит полной грудью, разминает затекшие мышцы… В эти моменты ему кажется, что он живет по-настоящему. И окружающий мир перестает быть расплывчатым, как в окошке вагона. Он приобретает цвета, краски и резкость. Но потом звучит гудок и человек снова запрыгивает в свой опостылевший вагон. И те люди, которые его так раздражали до этого, становятся еще более невыносимыми. Он снова лезет на полку и смотрит сквозь стекло на перрон. Туда, где люди живут, где они могут делать все, что им хочется. Они не ограничены стенками вагона. Он смотрит на них с завистью, с надеждой, что когда-нибудь и он сможет так. Ему в голову даже может придти мысль о том, что неплохо было бы просто вот взять сейчас, выбежать из вагона и остаться там навсегда. И пусть катится к чертям этот поезд со всеми его пассажирами… Но нет. Нельзя. Билет, ведь, оплачен. Состав трогается и яркие вывески и веселые лица сменяются унылым осенним пейзажем. Он снова идет к своим друзьям, чтобы доесть курицу и развлечь себя партией в дурака.

А потом наступает момент, когда друзья начинают уходить. Каждый на своей станции. Это грустный момент. Они долго прощаются, улыбаются и ободряюще хлопают друг друга по плечу, но в груди предательски сжимается какой-то комок. Они уходят навсегда. Сначала один, потом другой. И человек остается совсем один. Пытается заговорить с другими людьми, но понимает, что они - другие, не такие, как те. С ними не так интересно и даже в дурака они играют хуже. И он снова идет к своему окну. А что еще ему остается?

И в этот момент человек понимает, что устал. Устал мчаться куда-то на всех парах, проезжая леса и поля, оставляя позади мосты и развилки. И снова начинает вспоминать те перроны на остановках. Там, где играет музыка, улыбаются люди… Но уже поздно. Парень вышел на перрон из здания вокзала и поставил тяжелую сумку на землю. Достав из кармана билет и, взглянув на часы, он облегченно выдохнул и принялся осматриваться в поисках свободной скамейки. В паре шагов от него стояла, как раз почти свободная. Почти - потому что на самом ее краю сидел старик и, оперевшись двумя руками на палочку, задумчиво смотрел на пути. Подхватив сумку, парень сделал пару шагов и плюхнулся на скамейку…

- Думал, что не успею, - скорее себе, чем кому-то, сказал он.

- А стоило ли так спешить? - старик повернулся к молодому человеку и посмотрел ему в глаза.

- Конечно, - усмехнулся парень, - билет-то оплачен. Не хотелось бы опоздать на поезд.

- А, ну да, - кивнул старик, - билет, действительно, оплачен… Далеко собрался?

- Далеко. На заработки еду.

Старик о чем-то снова задумался, но через минуту снова повернулся к молодому человеку.

- А почему тебя никто не провожает?

- Вчера проводили, - засмеялся парень и характерным движением почесал горло, - а вы куда едете?

- Я не еду, - покачал головой дед, - я встречаю.

- Родственника?

- Нет, пассажира одного, - уклончиво ответил старик, - просто пришел пораньше. Мне нравятся вокзалы, здесь особая атмосфера.

- Серьезно? - удивился парень, - лично для меня, что вокзалы, что рынки - это жуткие места. Устаешь очень сильно, как-будто силы кто-то высасывает.

- Каждому свое, - пожал плечами старик и ненадолго замолчал, - но все же здесь как-то по-особенному. Я люблю наблюдать за людьми… Их обычно провожает куча родственников. Обнимают, улыбаются, суют в карманы пирожки. Затем человек заходит в свой вагон и садится у окошка, чтобы помахать им на прощание рукой. Не знаю, кто придумал эту традицию, но все ее неуклонно выполняют. Вроде как он еще с ними. Сначала машет им рукой, потом пытается знаками показать, чтобы они уже шли домой, а они не уходят. Он же им не чужой человек, правильно? Вот и не уходят. Даже когда трогается состав, они еще долго идут за ним и машут вслед. А потом заканчивается перрон.

И он начинает осматривать своих соседей. Он еще не знает, кого судьба подсадила к нему в вагон. Если повезет, то среди них окажется парочка людей, которые не только окажутся ему по душе, но и он им тоже будет симпатичен. С ними он будет разговаривать больше всех, делиться своими припасами, обсуждать новости. В какие-то моменты они будут ему надоедать, и он будет залазить на свою полку и молча смотреть в окно, за которым проносится жизнь. Потом человеку снова станет скучно и он, соскочив с полки, опять пойдет к ним. В редких случаях, с ними можно будет доехать до самого конца пути… Ах, да. В его вагоне обязательно будут люди, которые будут его раздражать. И нужно быть готовым к тому, что таких будет большинство. Впрочем, к нему они тоже не будут испытывать особой симпатии. Поэтому придется терпеть их присутствие. Это обычная жизнь. Одни и те же лица, разговоры, полка, окно…

Но иногда судьба будет подкидывать этому человеку подарки в виде остановок. Ох уж эти остановки! Они очень короткие, но сколько эмоций! Он выходит из вагона, смотрит на незнакомых ему людей, дышит полной грудью, разминает затекшие мышцы… В эти моменты ему кажется, что он живет по-настоящему. И окружающий мир перестает быть расплывчатым, как в окошке вагона. Он приобретает цвета, краски и резкость. Но потом звучит гудок и человек снова запрыгивает в свой опостылевший вагон. И те люди, которые его так раздражали до этого, становятся еще более невыносимыми. Он снова лезет на полку и смотрит сквозь стекло на перрон. Туда, где люди живут, где они могут делать все, что им хочется. Они не ограничены стенками вагона. Он смотрит на них с завистью, с надеждой, что когда-нибудь и он сможет так. Ему в голову даже может придти мысль о том, что неплохо было бы просто вот взять сейчас, выбежать из вагона и остаться там навсегда. И пусть катится к чертям этот поезд со всеми его пассажирами… Но нет. Нельзя. Билет, ведь, оплачен. Состав трогается и яркие вывески и веселые лица сменяются унылым осенним пейзажем. Он снова идет к своим друзьям, чтобы доесть курицу и развлечь себя партией в дурака.

А потом наступает момент, когда друзья начинают уходить. Каждый на своей станции. Это грустный момент. Они долго прощаются, улыбаются и ободряюще хлопают друг друга по плечу, но в груди предательски сжимается какой-то комок. Они уходят навсегда. Сначала один, потом другой. И человек остается совсем один. Пытается заговорить с другими людьми, но понимает, что они - другие, не такие, как те. С ними не так интересно и даже в дурака они играют хуже. И он снова идет к своему окну. А что еще ему остается?

И в этот момент человек понимает, что устал. Устал мчаться куда-то на всех парах, проезжая леса и поля, оставляя позади мосты и развилки. И снова начинает вспоминать те перроны на остановках. Там, где играет музыка, улыбаются люди… Но уже поздно. До его пункта назначения осталось совсем немного. А потом состав замедляется, тормозит потихоньку и он понимает, что все… Приехал. Начинает судорожно собирать свои вещи, но его не покидает мысль: «А не забыл ли я что-то? Все ли вещи я собрал?». Эта мысль не отпустит его до самого выхода. Затем скрип тормозов и всё. С вещами на выход. А там его уже ждут…

- Это вы, конечно, интересно рассказали, - парень посмотрел на часы и, взявшись за ручки сумки, встал со скамейки, - но мне пора уже.

Не успел он договорить и сделать пару шагов, как вдалеке раздались крики. Резко обернувшись, он увидел, что метрах в пятидесяти что-то происходит. Люди столпились вокруг, лежащего на земле мужчины, и что-то бурно обсуждали.

- Врача! Есть здесь врач? Человеку плохо! Вызовите кто-нибудь скорую! - истошно верещала женщина, наклонившись над мужчиной.

- А вот и мой пассажир приехал, - оживился старик и, оперевшись на палочку, поднялся со скамейки.

- Кто? Тот мужчина? Может помочь чем? - взволнованно спросил молодой человек.

- Ты иди, парень, иди, - хитро улыбнувшись, произнес старик, - без тебя разберусь. Опоздаешь еще на поезд, а билет-то оплачен.

- Да, но там же…

- Иди, - каким-то изменившимся голосом, произнес старик, и посмотрел парню прямо в глаза. На секунду ему показалось, что зрачки приобрели красноватый оттенок, но тут же снова стали прежними - выцветшими и немного усталыми, - счастливого тебе пути. И не забывай выходить на остановках. Не так уж их и много в этой жизни.

Старик развернулся и медленно направился к скоплению людей.