Рельсы, шпалы

Тук-тук, тук-тук.

Перестук колес больно бьет по левому виску.

-Уронили меня что-ли друзья-подонки, пока в поезд грузили?

Игорь стаскивает со стола мобильник. На экране 3:47.

Тук-тук, тук-тук. Сорок перестуков - это уже километр пути. Проходит не один километр, пока больная голова соглашается оторваться от подушки.

-Что же мы пили на прощание?

На полке напротив лежит сосед по купе. Пожилой толстяк, пил пиво весь вечер, храпел как танк, а теперь лежит как младенец…

За окном через рваные тучи пробивается луна. В ее холодном свете видны бревенчатые бараки без стекол. С покосившейся вышки свисает часовой. Холодных собак клюют вороны. Зэки в номерных телогрейках бегут за поездом. Из туберкулезных легких вырывается смрадный хрип. Одни бросаются на окна, пытаясь зацепиться костями с обрывками татуированной кожи. Другие ловят поезд за колеса крюками и петлями из колючей проволоки. Их озлобленные черепа изрыгают проклятия, летя под откос.

-Вот, блин, загибается русская глубинка! - думает Вадик.

Тук-тук, тук-тук.

Превозмогая боль, Саня топает к рабочей кабинке проводника. Там добрая тетенька, она все знает, она объяснит, когда приедем на станцию.

Добрая тетенька дремлет, опершись головой на ладонь.

-Скажите, скоро ли моя станция - спрашивает Леня и трогает проводницу за руку. Голова ее бессильно падает на грудь, на стол, на пол и закатывается под столик с пустыми стаканами.

-Извините! - шепчет Максим и спешит в тамбур для курящих.

По дороге он заглядывает в полуоткрытую дверь купе. На полу спит ребенок. Почуяв Дениса, он открывает желтые глаза, ощеривает молочные, но острые зубки, и с шипением ползет к двери. Не в силах совладать с вовремя захлопнутой дверью, малыш с воем рвет ее ногтями.

В курящем тамбуре на корточках сидит мужичок. В черных пальцах торчит потухшая сигарета.

А курить-то и не хочется, думает Эдик. А курю ли я вообще? И куда я, черт возьми, еду? И что это за поезд? И кто Я?!

Медленно повернувшись к окну тамбура, парень видит в отражении неестественно скрученное тело. Левая часть головы - просто смесь из обломков костей, кожи, крови и еще какой-то массы. В расширенных, залитых кровью глазах проносится последнее воспоминание.

Сон… Пробуждение от чудовищного удара… Падение, треск и жуткий стон металлических конструкций, рвущих человеческие тела…

Тук-тук, тук-тук.

Перестук колес больно бьет по левому виску.

-Уронили меня что-ли друзья-подонки, пока в поезд грузили?

Игорь стаскивает со стола мобильник. На экране 3:47…