Роман Полански

В 1974 году режиссер Роман Полански рассказал в интервью журналу Rolling Stone об убийстве своей беременной жены Шэрон Тейт: «Мы поженились в 1968-ом. К лету 69-го она была уже очень беременна, а я был очень занят, работая на сценарием к фильму в Лондоне. Было решено, что для нее лучше всего будет вернуться в дом, который мы арендовали в Лос-Анджелесе, пока я бы закончил все дела с фильмом и вернулся обратно так скоро, как мог. Каждый день мы с ней созванивались и разговаривали. Когда в тот день зазвонил телефон, я подумал, что это была она, но нет — звонил мой агент из Лос-Анджелеса. Он плакал…

Моей первой реакцией на новость было, естественно, отсутствие реакции как таковой. Можно сказать, что я просто окаменел, отказываясь поверить в услышанное. Вскоре ко мне пришли друзья и все вместе мы отправились на длительную прогулку. Потом они вызвали доктора, который дал мне что-то, отчего я уснул. Затем был перелет в Лос-Анджелес. Вы должны понять, что есть многое из того, что я уже сейчас и не вспомню, так как какие-то воспоминания были попросту заблокированы.

После похорон я остался в Лос-Анджелесе из-за нелепой мысли, что поиск убийцы каким-то образом облегчит мое горе. Я долгое время работал с полицией, которая, должен сказать, была удивительно чуткой. Представить себе не мог, что копы могут быть такими. Родители Шэрон также в этом участвовали. Само собой, я все еще поддерживаю с ними отношения. Что за вопрос!

Не думаю, что об этом известно: перед тем, как полиция нашла Мэнсона и всех остальных, я предложил вознаграждение, 20 000 долларов, за информацию, которая поможет арестовать убийц. Но из этого ничего не получилось. После того, как полиция вышла на Мэнсона, я тут же свалил к чертой матери из Лос-Анджелеса, так как больше не мог там находиться. Тогда же я начал понемногу свыкаться со смертью Шэрон, чего до этого не мог сделать. В конце концов, все, что теперь имело для меня значение, — это то, что ее».