Сила, отданная другу

«Эту историю мне рассказал мой дед. Когда в 1943 г. наши освободили Орел, в город стали возвращаться эвакуированные, раненые с фронта. Город еще лежал в руинах, но там, где находится сейчас горсад, в каком-то сарае уже появилась бильярдная.

Главным игроком там был инвалид по кличке Фофан. В 1941 г. он ушел на войну, потерял ногу, вернулся. Никто раньше и не знал, что он гениальный игрок. Шары словно рукой клал в лузы. Бил, например, в одну сторону, а шар, несколько раз ударившись, попадал в лузу на противоположном борту. Ни один мастер во всем Орле против него устоять не мог. Тем и кормился.

Был у Фофана близкий друг, он же близкий друг моего деда – Андрей. С фронта Андрей пришел в 1945-м, но раньше других. Под Варшавой был тяжело ранен: рядом с сердцем застрял осколок немецкого снаряда. Вытащить его не могли – сердце слишком близко. В любую минуту этот осколок мог зашевелиться – и тогда тоже смерть. Так и жил Андрей несколько лет под страхом смерти без надежды на излечение.

И однажды проклятый осколок зашевелился. Андрей (а парень был молодой) до последнего держался, смеялся, шутил… А потом собрался умирать… И тут в больницу явился Фофан. «Проститься хочет», – подумал Андрей. И в каком-то смысле это именно так и было…

Фофан достал чекушку, отхлебнул и сказал: «Ладно! Мне оно только и нужно, чтобы шары катать. Ногу-то не вырастишь новую. А ты другое дело!» Еще отхлебнул. Смотрел на Андрея неподвижным взглядом и даже зубами вдруг заскрипел… Андрей ощутил боль в груди и потерял сознание.

Придя в себя, почувствовал улучшение состояния, точнее, боль осталась, но другая совсем. Когда ему сделали рентген, врачи развели руками: осколок был совсем в другом месте. Его можно было без всякого опасения извлечь, что потом и сделали.

В тот день Фофан по обыкновению вечером явился в бильярдную. Два раза ударил кием по шарам, но ни разу не попал. Сел в углу на лавочку. Подняли его уже мертвым.

Я много размышлял над этой историей. Телекинез? Чудом двигающиеся в нужном направлении шары, чудом переместившийся осколок… Может, даром телекинеза владел покойный Фофан? Можно только предположить, что свою чудесную силу, которая кормила Фофана, он сконцентрировал и отдал для спасения друга. Всю, до последней капельки…»