Скоро уйдешь

Мама с моим отцом встречалась с 15 лет, безумно его любила, как ей тогда казалось. Но, проводив его в армию и прислушиваясь все чаще и чаще к словам моей бабушки, что он ей не пара, поняла, что не сильно- то он ей и нужен. Но очень упрямая ее натура, делающая всегда все вопреки, дождалась отца из армии и вопреки здравому смыслу все-таки вышла за него замуж.

Поселились молодые в отдельном доме во дворе у матери мужа, в так называемой летней кухне, стоящей в десяти метрах от главного дома. С родителями мужа, особенно с его матерью и ее сестричкой, которая никогда не была замужем, не имела детей и отличалась на редкость мерзким характером, отношения у мамы складывались непросто. Но и муж маме достался не очень: семейная жизнь не складывалась. Да еще сразу же через девять месяцев после их свадьбы родилась я. Отец пошел работать на шахту, ночами его часто не было.

Мама однажды ночью пыталась меня успокоить, я была очень беспокойным ребенком, но я всё равно кричала. Когда мама, устав качать меня на руках, решила положить меня в коляску, то, поправляя одеяльце и матрасик, обо что-то укололась. Вытащила иглу, которой там никак быть не могло даже случайно. Молодая была, да и время советское, но так вышло, что никто не смог подсказать, как действовать в таких ситуациях.

С отцом отношения были все хуже и хуже, постоянные скандалы, мамины слезы, еще и я абсолютно не спала ночами, кричать прекращала только если качать меня на руках. Мама в одну такую бессонную ночь услышала стук в стену, через время - в потолок, через еще время - в окно, которое закрывалось очень плотно ставнями со штырем, проходящим в стену и закручивающимся уже внутри дома, так что постучать в окно не мог никто. Стуки раздавались по всему дому часов до четырех утра. Маме было очень страшно, но и выйти она боялась ночью, да и будить свекра со свекровью не хотелось. В общем, так было несколько ночей. Муж только отмахивался: «Не выдумывай», - говорит.

Через дня четыре после начала стуков мама пошла со мной навестить бабушку, свою маму. Расстояние - несколько улиц. Когда мама шла мимо магазина, она встретила Степановну (соседка бабушки, была она старше бабули лет на десять, родилась в революцию, как шутила она сама). Ну, и решили они вместе пойти к бабушке. По дороге разговорились, я дремала, наверное, поэтому мама не выдержала и рассказала про иголку, про стуки и про невеселую семейную жизнь. С бабушкой мама была не очень близка, поэтому ей она ничего не говорила. А Степановна выслушала и сказала, что иглу подложила тетушка, сестра маминой свекрови, с целью рассорить мать с отцом окончательно. И что очень плохо мама поступила, когда иглу взяла рукой и не сожгла ее. А вот о стуках каждую ночь по стенам, окнам и потолку сказала, как отрезала: «Ты там жить не будешь. Домовой тебя выгоняет».

Через пару месяцев, когда мне был год и три месяца, мама с отцом развелись. Развод был тяжелым, мамино приданое ей не отдали, она вернулась к бабушке с парой вещей и со мной на руках в наш тоже «забавный дом».

И очень хорошо, что ушла, неизвестно, как и что могло быть дальше. Папаша мой вскоре женился повторно, начал пить, и хоть жили мы довольно недалеко, отцовских чувств ко мне не проявлял, чему я до сих пор и рада. Тетушка так одна и умерла, никто ее не любил, и говорят, перед смертью очень болела. Мама через 10 лет снова вышла замуж, отчима я считаю отцом, и все у нас стало хорошо.