Случай в городе Золотоноша

После Великой Отечественной войны мне довелось познакомиться с Ниной Николаевной Поддубной-Ковальчук — женой знаменитого силача и борца Ивана Поддубного, в годы гражданской войны вышедшей замуж вторично за партийного работника Ковальчука. В 20-х годах он возглавлял Чрезвычайную Комиссию и городе Золотоноша Полтавской губернии.

Однажды ему сообщили о странных явлениях в пустом, брошенном хозяевами доме на окраине города. По словам местных жителей в этом доме по ночам сквозь щели досок, которыми были забиты окна, был виден свет и слышны какие-то голоса. Ковальчук организовал комсомольцев и учредил за домом слежку. Слухи подтвердились. В своих донесениях комсомольцы сообщали, что им удалось разглядеть какого-то старца и услышать плачущий женский голос, жаловавшийся на бедствия, обрушившиеся на землю. На это старец отвечал, что помочь ничем нельзя, что прольется много крови, что погибнет много людей

Комсомольцы, которых трудно было испугать чертовщиной, составили план действий. Когда было еще светло, самый отчаянный из них проник в дом и спрятался в большой русской печи, остальные спрятались в бурьяне вокруг дома…

С наступлением темноты сидевший в печи комсомолец снова услышал жалобы женщины и увещевания старца, который, как и прежде, говорил, что народ понесет наказание, что будет пролито много крови. Эти увещевания старец закончил неожиданной фразой: «А тот, который сейчас сидит в печи, никогда оттуда не выйдет!»

Когда с рассветом видение исчезло, комсомольцы ворвались в дом и стали звать своего товарища. Он в ответ кричал из печи, что не может пошевелиться и как бы прирос к кирпичам. Когда его пытались вытащить, это не удавалось. Тогда Ковальчук приказал ломать печь, но сидевший там стал кричать от боли Поскольку никакого другого выхода не было, печь разобрали и в ней обнаружили мертвого комсомольца.

Нина Николаевна рассказывала мне что об этом случае ей не только довольно подробно поведал муж, но что она и сама читала объемистое дело, в котором содержались донесения комсомольцев и отчет Ковальчука.

Впоследствии мне довелось узнать о другом подобном случае, происшедшем в 60—70-х годах в Куйбышеве. Компания молодежи собралась в одном доме повеселиться и потанцевать. Когда разбились на пары, выяснилось, что одной девушке не досталось кавалера. Она было расстроилась, но вдруг, подбежав к стене, сняла с нее икону, изображавшую Св. Николая Чудотворца, и сказала: «У меня тоже есть кавалер!» Обняв большую икону, как партнера, она принялась танцевать с ней. Но вдруг остановилась и застыла как вкопанная. Остальные, заметив это, стали ее тормошить, уговаривать продолжать танец, но она как бы окаменела. Убедившись, что произошло нечто из ряда вон выходящее, молодые люди перестали танцевать и начали расходиться. Вокруг дома стали собираться зеваки, приехали родители. Местное начальство, чтобы освободить девушку, приказало вырубить вокруг нее пол, но когда начали рубить доски, она кричала от боли. Ходили слухи, что милиционер, дежуривший возле дома, слышавший эти крики, сошел с ума. Спасти девушку так и не удалось, она погибла…