Соoбщение

Бyдильник зазвенел ровно в шесть утра. На табло электронных часов зеленым цветом светилось не только время, но и дата - двадцатое декабря две тысячи двенадцатого года…

- Надо вставать, а то на работу опоздаю, - подумала я и встала с кровати.

Быстро собралась и, поспешно закрывая входную дверь, помчалась на работу.

- И никого, как всегда, - проворчала я, включая свет в офисе. Бухгалтерия наша совсем обленилась. Я щелкнула кнопкой чайника и пошла включать компьютер. Привычка у меня такая - сразу проверять электронную почту с утра. Пока компьютер включался, мерцая голубым экраном, я налила себе чашку кофе и уселась за рабочий стол.

Сделав пару глотков ароматного и бодрящего напитка, я открыла почту и увидела новостную рассылку с кричащим названием «Завтра, двадцать первого декабря две тысячи двенадцатого года, будет конец света». Пролив кофе на юбку и смачно выругавшись, отставила чашку и открыла злополучное сообщение.

В нем говорилось, что завтра Земля начнет проходить через какую-то галактическую «нулевую полосу». Это такое состояние пространства, где не могут распространяться никакие виды энергии. Далее в тексте сказано, что в мире наступит абсолютная темнота и тишина, не будет света и связи. Это якобы продлится три или четыре дня и надо срочно подготовиться, запасясь свечами, спичками, продуктами и водой.

Ну, а далее шаблон - сохраняйте спокойствие, не паникуйте, бла-бла-бла…

- Ну, бред! Совсем уже людей за идиотов держат! - возмутилась я и удалила сообщение. Рабочий день прошел, как всегда, в обычном режиме, и о неприятном сообщении я даже не вспоминала. Вечером, уходя из офиса последней, я погасила свет и пошла домой. Увидев яркую вывеску продуктового магазина, я вспомнила текст утреннего сообщения и замешкалась на минутку.

- Да ну, бред собачий! - рявкнула я и пошла в сторону дома.

Вечером за ужином мы с мужем обсудили глупость как самого сообщения, так и людей, из года в год предрекающих конец света и прочую ересь. Вдоволь посмеявшись, мы отправились спать.

Среди ночи я почувствовала толчок в спину, словно по кровати кто-то со всей силы стукнул снизу. Я открыла глаза и насторожилась. Ни звука…

- Сереж! - позвала я мужа, но слова застряли где-то в подсознании - я не слышала себя, словно оглохла.

- Сереж! Сережа! - повторила я, и снова губы шевелятся, а звуков нет. Испугавшись, я протянула руку к светильнику, в надежде включить его. Но кнопка выключателя щелкала туда-назад, а светильник не подавал признаков жизни. Я пошарила руками по кровати - мужа не было. В полной темноте и тишине я подошла к окну. Увиденная картина повергла меня в шок - на горизонте беспорядочно гасли огни города. Уличные фонари, огни моста через реку, мигающие вывески - все!

Огни гасли, стремительными темпами погружая во мрак весь город. За несколько секунд кромешная тьма добралась до нашего дома. Я прилипла к окну, но не увидела абсолютно ничего, как если бы вдруг в одно мгновенье ослепла.

И тут дом тряхнуло. От ужаса, происходящего вокруг, я покрылась липким потом. Спотыкаясь и падая, я нащупала дверной проем и встала в него, уперевшись руками в косяки. Началось сильное землетрясение, но я не видела и не слышала, как падает мебель и бьется посуда. Пол ходил ходуном под ногами, я ощущала сильные вибрации всем телом.

- «Отче наш, иже еси на небеси…»- я начала мысленно молиться, по щекам потекли жгучие слезы. Дикий страх перед неизвестностью разрывал сердце изнутри, но еще ужасней было то, что я осталась одна, без любимого мужа.

И тут я почувствовала, как треснула дверная коробка, порожек в одно мгновенье стал шатким. Я вцепилась руками в дверные косяки, но, сломав и вывернув ногти, полетела вниз сквозь обрушившийся пол. Я летела, словно в черную бездну, не слыша даже собственного крика.

- Ааа! Мама! Мама-а-а…

Яркий свет резко ослепил глаза, и я увидела склонившееся надо мной, мило улыбающееся лицо горячо любимого мужа.

- Просыпайся, на работу проспишь.

На табло электронных часов зеленым цветом светилась дата - двадцать первое декабря две тысячи двенадцатого года…

Конец.