Сожру, костей не оставлю

Я не то чтобы прям собиратель всяких жутких историй, но парочка криповых случаев в запасе имеется. Один из них, про который хочу вам рассказать, произошел с моим другом Кириллом в 2014 году. Мы вместе учились в универститете, одно время даже вместе работали в одной компании, но в разных отделах. Потом Кирилл ушел работать в другую фирму, нашел девушку, и как-то так получилось, что месяца через три после знакомства стали жить вместе на съемной квартире. Мы продолжали общаться, но реже. Квартиру они с девушкой снимали более-менее приличную, однокомнатную, да и по карману цена несильно била, оставалось и на погулять, сходить вместе куда-то. С соседями не пересекались, хозяйка сразу сказала, что оплату за квартиру перечислять ей на карту, некогда ей ходить каждый месяц, занятая она. Жили они уже около месяца, время шло к Новому году. Кирилл находился в отпуске, но не ленился, поднимался рано утром, чтобы проводить свою девушку на работу. Девушка работала в школе учителем, уроки начинались в 8 утра, однако кататься было до школы далековато, вставала она в 5, чтобы успеть и позавтракать, и себя в порядок привести. Вот одним таким утром Кирилл проводил ее и лег досыпать.

Однако сон не шел, валялся просто в полудреме. Как слышит – за дверью тихие шажки. И возня какая-то. Потом звонок в дверь. Ну, думает Кирилл, девушка вернулась, забыла ключи или еще что. Встал, поплелся в прихожую. Дверь, правда, открывать не торопился – пока халат накинул на плечи, пока тапочки по пути надел. Девушка за дверью буквально от нетерпения изнывала – то опять кнопочку звонка нажмет, то в дверь скребется. Кирилл слегка насторожился, а потом усмехнулся – мало ли, вдруг человеку в туалет приспичило. Подошел к двери, смотрит в глазок. Ну да, вот она Оксанка стоит. И глаза подняты к глазку, улыбается. Кирилл поворачивает замок, открывает дверь. Оксана, все так же улыбаясь, заходит в квартиру. Ни слова не говоря и не разуваясь, заглядывает сначала в комнату, а потом устремляется на кухню. Кирилл поплелся за ней, а девушка с ногами забралась на обеденный стол и сидит, смотрит на него, улыбка на месте. Ну мой друг сначала оторопел слегка, потом подумал, что, может, Оксана решила таким образом разнообразить жизнь их сексуальную, да только чего там менять – живут же не 15 лет под одной крышей. Кирилл хотел было спросить девушку, в чем дело-то, как улыбка сменилась что ни на есть настоящим оскалом. И она оголила зубы. Гнилые, почерневшие обломки вместо нормальных зубов. Кирилл аж отшатнулся обратно, сердце в пятки ушло. А девушка знай себе улыбается, хихикает даже. Друг с трудом оторвал глаза от ее зубов, дошло, что не Оксанка это вовсе, страшно стало так, что начал в панике в голове «Отче наш» читать. И эта девка, что на столе сидела, вдруг как подскочит, как зарычит утробным басом:

– ДА МНЕ МОЛИТВА ТВОЯ, ЧТО СЛОНУ ДРОБИНА!

У Кирилла все внутри оборвалось. Как потом рассказывал, такого страшного звука, как голос этой лже-Оксаны, не слышал никогда. Но он упорно в голове продолжал читать молитву, а потом сам не заметил, как начал читать ее уже в полный голос, чуть ли не на крик срываясь. Читает, а внутри все ужасом сковано, из глаз слезы потекли даже.

Девка со стола спрыгнула, подошла вплотную и на ухо ему закричала:

– СДОХНЕШЬ, СДОХНЕШЬ, ВСЕ РАВНО СДОХНЕШЬ, ТЕБЯ СОЖРУ, ПОТОМ ЕЕ, ВСЕХ СОЖРУ, КОСТЕЙ НЕ ОСТАВЛЮ!

Кирилл уши руками закрыл, только мало это помогало, все равно слышал ее вопли, глаза зажмурил. А потом вдруг раз – и стало тихо. Открывает глаза – нет никого, только на столе следы от обуви. Выглянул в коридор – дверь входная нараспашку. Он постоял так с минуту, потом быстро оделся и к родителям домой поехал, рассказал им все. Отец не задавал никаких вопросов, просто водки молча налил. Друг Оксане и сказал, чтобы она в квартиру ни ногой. Та удивилась, но сказала, мол, хорошо, поеду к своим родителям.

На следующий день Кирилл с отцом вернулись на квартиру, все как обычно, никакого бардака или еще чего. Только следы от обуви на столе на месте. Друг мой, правда, решил заодно по соседям пройтись, поспрашивать, может, знают чего. Никто толком ничего не сказал, большинство соседей оказались такими же квартиросъемщиками, старожилов вообще по пальцам пересчитать. Одна бабка только обронила, что общаться с Кириллом не намерена, а то он и к ней чего-нибудь притащит.

Ребята с квартиры съехали и разошлись. Кирилл говорил мне, что не может почему-то больше с Оксаной в одной комнате долго находиться, страшно, напоминает о том случае. Он не поседел, нет, не замкнулся в себе. Подводя итог, что могу сказать. Я не знаю, что это было, жутковато, однако. Дело ли в квартире, или в самом доме. Или в самом друге. Возможно, та бабка была в курсе, но рассказывать наотрез отказалась. Кирилл еще не раз обивал порог ее квартиры, но исход всегда один – пошел отсюда, понатаскаешь мерзости.