Сын зомби

Почему-то меня не мучает страх или приступы животного ужаса, хотя бояться есть чего, и причины довольно весомы и, к несчастью, материальны. Из соседней комнаты через стенку буквально в нескольких метрах от меня раздаются странные, нечеловеческие, неестественные звуки. Непривычного человека они способны ввергать если не в ужас, то в состояние оцепенения, заставляя напрягать слух и бессильно пытаться разобраться в природе этих явлений. Но мне не привыкать. За свои восемь лет я научился ловко прятаться, быть тихим, как мышь, сидеть в полумраке своего неприступного угла, чтобы избежать встречи с этим существом.

Я сижу в тёмном углу под столом, обняв колени, слушаю стоны, всхлипы, чавкание, хрип, которые в соседней комнате издаёт... зомби.

Когда в щели под дверью появляется дерганая тень, я прижимаю ладошку к своему рту, опасаясь выдать себя неровным дыханием, и слышу в ушах свой собственный ускоряющийся стук сердца. К счастью, существо слишком глупое и неповоротливое. Оно стоит с той стороны и просто громко дышит. Повозившись у двери, оно возвращается обратно в глубь комнаты, слышится звон бутылок, неуверенные шаги... И только тогда я могу немного перевести дыхание, подложив под голову старую пыльную книгу, и попытаться провалиться в чуткий сон.

Оно появилось год назад, однажды осенним днём выбравшись из подвала. Тогда мне было действительно страшно. Я не знал, что делать — просто сидел в грязи перед ним, обняв колени и спрятав лицо, и плакал. Я не знаю, почему оно тогда не прикончило меня. Оно издавало страшные звуки, нависало надо мной, заставляя моё сердце сбиваться с ритма. Но, видимо, я был незначительной добычей. Два раза пнув меня носком сапога в худые торчащие ребра, оно ушло в ночь, в хутор... на охоту. Сквозь пелену слёз, валяясь гязи, я видел распахнутую калитку и удаляющееся корявое, нелепое и ужасное существо — то, что когда-то было моим отцом.

С тех пор оно часто приходит в наш дом — ужасное, свирепое, грязное и дурно пахнущее. Оно громит всё на своём пути: разлетается осколками оставшаяся посуда, валится на пол старая мебель, скрипит люстра. Но ему меня не найти, оно слишком глупое. Я прячусь, душу сам себя, жмурю глаза. Тогда оно уходит ни с чем, уходит туда, откуда пришло — в подвал.

Иногда мне хватает смелости подойти к чёрному провалу входа в погреб. Я вытягиваю шею, становлюсь на цыпочки, заглядываю вниз. Там сыро, сумеречно, грязно, пахнет кислым. Среди пустых бутылок, полупустых банок, обрывков газет и прочего мусора лежит бездыханное тело в лохмотьях — отец. У стены стоит странный аппарат из нескольких сосудов и множества трубок. Он странно булькает, парит и капает в подставленный стакан. Я стою и всматриваюсь вниз, но не решаюсь спуститься. Я не знаю, кем очнётся то существо, что лежит в подвале — моим отцом или вновь ужасным свирепым зомби.