Таинственные куклы

Что означает для маленькой девочки кукла? Желанная игрушка, предмет гордости и хвастовства перед подружками, объект заботы?

Кукол выпрашивают у родителей часто со слезами. Куклами играются и гордятся, но, к сожалению, бывает и так, что кукла очень быстро надоедает. И тогда дитя игрушку уже не жалует и мечтает о новой кукле, забросив старую.

Девочка лет пяти шла вместе с матерью, безалаберно таща за ногу дорогую и хорошо одетую куклу. По обращению с игрушкой мне стало ясно: кукла девочке уже наскучила. А ведь дорогущая, как все нынешние игрушки, в красивом платье, с пышными волосами.

«Жалко игрушку, уже не нужна, а в моём детстве таких кукол не было», — сказала я вполголоса, провожая дитя взглядом.

«В моём детстве тоже таких игрушек не было, но я видела другие. Загадку этих игрушек я до сих пор разгадать не могу», — отозвалась на мой слова женщина моих лет.

«Какие загадки могут таить в себе игрушки?», — спросила я. Далее со слов моей собеседницы.

Мне было лет пять, когда мама повела меня к стоматологу. Очередь была длинная, а я уже знала, что дядька со сверлом делает больно, поэтому боялась и хныкала. Плакала и ныла не переставая.

Моё нытьё стало людям надоедать. Мать на меня стала шипеть. Но мне было так страшно хоть беги без оглядки. Рядом со мной сидела женщина средних лет, а тогда она мне показалась старой.

Вот бабулька мне и говорит: «Хочешь посмотреть танец весёлого матросика?». Что такое «матросик», я знала слабо. Но хныкать перестала и уставилась на бабусю. А та вынула из сумочки свой большой белый в голубую полоску носовой платок. Потом она стала скручивать его уголки в тугие жгуты.

Крутила его, вертела, завязывала в узлы, и в результате у неё получился смешной человечек с длинными и кривыми ножками-ручками и даже чем-то вроде головы в синей беретке. Она отпустила игрушку на пол у своих ног, стала прищёлкивать пальцами, а кукла пошла в пляс, выделывая кривыми ногами кренделя.

«Эх, яблочко, куда ты катишься…» — напевала бабка, а кукла ходила ходуном. Тряпичная кукла не была марионеткой, ни одной ниточки не шло к рукам бабки, но тем не менее движения её были ритмичны и будто осмыслены. Далеко от бабуси «матросик» не отходил, плясал у неё под ногами.

Я же глядела разинув рот и позабыв про стоматолога. Потом бабка схватила «матросика», сильно его тряхнула, и у неё в руках снова был носовой платок.

— Какой чудесный фокус! Как у вас это получается? — спросили удивлённые зрители.

— Да никакого тут фокуса, простая физика. Надо только знать, как закручивать ткань, а потом ткань раскручивается и фигурка танцует, вот и всё, — ответила бабуля.

Людей такой ответ устроил, а я вообще не задавалась вопросами. Мне было жаль, что «матросик» снова стал носовым платком, а ещё жаль, что я не запомнила, как бабка закручивает уголки платка. Я тоже захотела себе такую куколку.

А потом мне было уже не до кукол. Стоматолог лечил зуб очень больно, я хоть и старалась держаться, но изревелась вся. Мать тоже была рассержена, жаловалась на головную боль. Лишила меня десерта за плохое поведение и отправила спать пораньше.

Я утешилась тем, что стянула у неё из шкафа большой носовой платок и стала его крутить и вертеть, пытаясь сделать такого же «матросика». Разумеется, ничего у меня не вышло.

Так бы и осталась эта загадка с «матросиком» забытой, но… Ту самую женщину я увидела снова, когда мне было уже десять лет. И снова я увидела её в окружении зрителей-детей — таких же, как я. Она на сей раз показывала не «матросика».

У неё уже были две куклы, и тоже из носовых платков. Это были два крошечных боксёра. Они профессионально подпрыгивали и мутузили друг друга тряпичными кулачками.

Детвора пищала от восторга, а я наблюдала, и мне становилось жутко. Я уже была постарше и понимала, что никакой закон физики не заставит так разумно и правильно двигаться тряпичную куклу. А и «матросик», и «боксёры» двигались так, будто они жили и думали.

Но мне очень хотелось разгадать тайну этих кукол. Я подошла к старушке и протянула ей свой носовой платок. Сделайте и мне такую куколку, пожалуйста.

Но бабка раздражённо от меня отмахнулась, забрала своих «боксёров» и быстро засеменила прочь. А на меня потом налетела детвора за то, что помешала такому классному бесплатному кукольному представлению.

Наш галдёж разогнал рассерженный дворник. Он гневно спросил, чего мы тут всё толчёмся и орём, а узнав, что мы смотрели на живых кукол, сказал, что нам от той ведьмы надо держаться подальше: «Нехорошая она, колдовством да сглазом владеет».

Так ли это, я не знаю, но аккурат после этих кукол я заболела краснухой, и в том приятного было мало.

Как потом узнала, переболели почти все, кто смотрел на бабкиных кукол. Надо ли говорить, что я снова стала, как одержимая, пытаться скрутить себе такую куклу. Перелопатила уйму книг и журналов об оригами и макраме, но ничего у меня не получилось. Никакими уловками мне не удавалось заставить танцевать тряпку.

Не знаю также, что имела та бабка от этих представлений? Может, она забирала у детей энергию и молодость. Может, насылала сглаз. Но в том, что это были не просто игрушки — я уверена.