Телема и заговор людоедов

Мы с Телемой возвращались с гностической мессы, когда заметили среди сосенподозрительного бородача.

Грузный и плечистый, словно бетонная секция, в засаленной жилетке и мятыхджинсах, он тащил на спине огромный мешок. Из мешка кто-то скулил. Случилось это, как сейчас помню, девятнадцатого июня.

- Интересно, - произнесла Телема, - очень интересно. Как думаешь, он колдун?Или просто людоед?

Я ответил, что одно не исключает другого.

Прямо по курсу на тропу выбежал белоголовый мальчуган лет семи с ивовымпрутиком. Даже не сбавляя шага, бородатый колдун обернулся к нему и рыкнул, замахнувшись рукой.

Так мы впервые увидели… Ох, что это было за лицо!

Расчёсанная борода (верный признак злого волшебника!), глаза-амбразуры подкустистыми бровями, на левой щеке зарос шрам, и впридачу со следами недавносмытой синей краски.

Дитё вскрикнуло и побежало прочь, прямо сквозь кусты напролом.

- Интересно, какой он традиции?- задумалась Телема.

Она отступила в траву, передала складной алтарь и картонный череп и вынулакованый анх.

Конечно, мы не сомневались, что магия кроулианской традиции превосходит инародное ведовство, и даже новомодную викку. Но нам тогда было лет подвенадцать, и взрослый колдун запросто мог задавить нас средстваминемагическими…

Мы крались за людоедом как могли бесшумно.

Сосновый бор кончился, выбрались к новостройкам, что на АкадемикаКуприевича. Двадцатиэтажные панельные башни с одним подъездом стояли средипеска, щебня и строительных вагончиков.

Телема поморщилась. Мы, минские телемиты, не очень любим районы-новострои, вроде Каменной Горки, Копища или Клевера. Хороший район – это палимпсест изстарых фундаментов, новейших реставраций и городских легенд из детстванаших родителей. А здесь пока нет ничего, кроме новосёлов и продуктовогомагазина. Даже вместо деревьев пока только тонкие прутики.

Людоед с мешком направлялся в дом 47. Мы залегли в кустах, чтобы несветиться на открытом пространстве.

Возле подъезда стоял знакомый белоголовый мальчуган, больше без прутика. Кажется, что он прилип к порогу. Людоед подошёл, произнёс несколько слов. Потом открыл дверь и указал на проём. Мальчик, шаркая негнущимися ногами, скрылся во мраке. Людоед – за ним.

- Плохо дело, - Телема поднялась и отряхнула церемониальную мантию. Мы очень-очень осторожно подкрадывались сначала карьером, а потом застроительными вагончиками.

От дома долетали отголоски знакомого визга.

Нельзя было терять не секунды. Среди вагончиков стояла строительнаятележка, какую используют маляры. Мы подтащили её к дому, ориентируясь накрик из полуоткрытого окошка второго этажа. Телема соорудила из коробок ивёдер небольшую Вавилонскую башню и ухитрилась туда заглянуть.

На пару секунд крик стих. А потом из окна вылетела кастрюлька - и угодилаТелеме в лоб.

Телема летит прочь и падает на песок. А Вавилонская башня рассыпается ипадает на меня.

- Там кухня, на полу разодранная детская одежда, - Телемаснова отряхивалась, - на полу таз. Парень сидит у окна, он ничегоне соображает. В коридоре я заметила бороду. Но это не та борода. Их таммного. Целый заговор людоедов.

- А кастрюля откуда?

- Он решил, что я ведьма.

Мы подошли к подъеду. Телема, как и положено в нашей Традиции, набралаквартиру 93.

- Откройте, пожалуйста, - произнесла она своим самым детским голоском, -мы к подружке пришли. Спасибо.

И вот мы уже крадёмся по сумрачной лестнице. Новенькие этажи пока необзавелись дополнительными заграждениями.

На третьем этаже мы находим чёрную железную дверь опасной квартиры. Тринадцать, как и следовало ожидать. Колючие цифры оплетены затейливойковкой.

С той стороны доносились отголоски визга и грохота.

- Опасное дело, - заметила Телема, - надо как-то подготовиться.

Она задумалась. Потом достала мелок, подумала ещё чуть-чуть и приняласьрисовать на двери защитную пентаграмму. На последней линии грохнуло так, что дверь задребезжала и луч звезды чуть не уполз за косяк. Телемаподправила ошибку, подумала и на всякий случай вписала в середину слог «ОМ».

- Дети, а вы знаете, что там?

Возле лестницы стояла всё ещё бойкая старушками с глазками бывшей вахтёрши.

- Не знаем, - ответила Телема, - но, кажется, убивают.

- А вы тоже убивать пришли?

- Нет, мы спасать.

- А, ну спасайте себе, - и зашаркала прочь. А на лестничнойклетке вместо неё появился вспотевший парень в милицейской форме. При виде нас с Телемой он остановился и присвистнул.

- Вы кто?- спросил он, - Сатанисты малолетние?

- Не совсем, - ответила моя подруга, - Мы телемиты.

- Какие термиты? Эти тараканы-людоеды африканские?

- Мы следуем учению Алистера Кроули.

- А родители ваши где?Мы с Телемой возвращались с гностической мессы, когда заметили среди сосенподозрительного бородача.

Грузный и плечистый, словно бетонная секция, в засаленной жилетке и мятыхджинсах, он тащил на спине огромный мешок. Из мешка кто-то скулил. Случилось это, как сейчас помню, девятнадцатого июня.

- Интересно, - произнесла Телема, - очень интересно. Как думаешь, он колдун?Или просто людоед?

Я ответил, что одно не исключает другого.

Прямо по курсу на тропу выбежал белоголовый мальчуган лет семи с ивовымпрутиком. Даже не сбавляя шага, бородатый колдун обернулся к нему и рыкнул, замахнувшись рукой.

Так мы впервые увидели… Ох, что это было за лицо!

Расчёсанная борода (верный признак злого волшебника!), глаза-амбразуры подкустистыми бровями, на левой щеке зарос шрам, и впридачу со следами недавносмытой синей краски.

Дитё вскрикнуло и побежало прочь, прямо сквозь кусты напролом.

- Интересно, какой он традиции?- задумалась Телема.

Она отступила в траву, передала складной алтарь и картонный череп и вынулакованый анх.

Конечно, мы не сомневались, что магия кроулианской традиции превосходит инародное ведовство, и даже новомодную викку. Но нам тогда было лет подвенадцать, и взрослый колдун запросто мог задавить нас средстваминемагическими…

Мы крались за людоедом как могли бесшумно.

Сосновый бор кончился, выбрались к новостройкам, что на АкадемикаКуприевича. Двадцатиэтажные панельные башни с одним подъездом стояли средипеска, щебня и строительных вагончиков.

Телема поморщилась. Мы, минские телемиты, не очень любим районы-новострои, вроде Каменной Горки, Копища или Клевера. Хороший район – это палимпсест изстарых фундаментов, новейших реставраций и городских легенд из детстванаших родителей. А здесь пока нет ничего, кроме новосёлов и продуктовогомагазина. Даже вместо деревьев пока только тонкие прутики.

Людоед с мешком направлялся в дом 47. Мы залегли в кустах, чтобы несветиться на открытом пространстве.

Возле подъезда стоял знакомый белоголовый мальчуган, больше без прутика. Кажется, что он прилип к порогу. Людоед подошёл, произнёс несколько слов. Потом открыл дверь и указал на проём. Мальчик, шаркая негнущимися ногами, скрылся во мраке. Людоед – за ним.

- Плохо дело, - Телема поднялась и отряхнула церемониальную мантию. Мы очень-очень осторожно подкрадывались сначала карьером, а потом застроительными вагончиками.

От дома долетали отголоски знакомого визга.

Нельзя было терять не секунды. Среди вагончиков стояла строительнаятележка, какую используют маляры. Мы подтащили её к дому, ориентируясь накрик из полуоткрытого окошка второго этажа. Телема соорудила из коробок ивёдер небольшую Вавилонскую башню и ухитрилась туда заглянуть.

На пару секунд крик стих. А потом из окна вылетела кастрюлька - и угодилаТелеме в лоб.

Телема летит прочь и падает на песок. А Вавилонская башня рассыпается ипадает на меня.

- Там кухня, на полу разодранная детская одежда, - Телемаснова отряхивалась, - на полу таз. Парень сидит у окна, он ничегоне соображает. В коридоре я заметила бороду. Но это не та борода. Их таммного. Целый заговор людоедов.

- А кастрюля откуда?

- Он решил, что я ведьма.

Мы подошли к подъеду. Телема, как и положено в нашей Традиции, набралаквартиру 93.

- Откройте, пожалуйста, - произнесла она своим самым детским голоском, -мы к подружке пришли. Спасибо.

И вот мы уже крадёмся по сумрачной лестнице. Новенькие этажи пока необзавелись дополнительными заграждениями.

На третьем этаже мы находим чёрную железную дверь опасной квартиры. Тринадцать, как и следовало ожидать. Колючие цифры оплетены затейливойковкой.

С той стороны доносились отголоски визга и грохота.

- Опасное дело, - заметила Телема, - надо как-то подготовиться.

Она задумалась. Потом достала мелок, подумала ещё чуть-чуть и приняласьрисовать на двери защитную пентаграмму. На последней линии грохнуло так, что дверь задребезжала и луч звезды чуть не уполз за косяк. Телемаподправила ошибку, подумала и на всякий случай вписала в середину слог «ОМ».

- Дети, а вы знаете, что там?

Возле лестницы стояла всё ещё бойкая старушками с глазками бывшей вахтёрши.

- Не знаем, - ответила Телема, - но, кажется, убивают.

- А вы тоже убивать пришли?

- Нет, мы спасать.

- А, ну спасайте себе, - и зашаркала прочь. А на лестничнойклетке вместо неё появился вспотевший парень в милицейской форме. При виде нас с Телемой он остановился и присвистнул.

- Вы кто?- спросил он, - Сатанисты малолетние?

- Не совсем, - ответила моя подруга, - Мы телемиты.

- Какие термиты? Эти тараканы-людоеды африканские?

- Мы следуем учению Алистера Кроули.

- А родители ваши где?

- На гностической мессе, - гордо заявила Телема, - у меня папа мастер-магОрдена по всему Минску!

- Ну вот. А говоришь, не сатанисты. Документы есть?

- Вот, возьмите, - и протянула участковому анх, а другой рукойнажала дверной звонок.

Участковый взял и на мгновение задумался - что бы это значило?

Этого мгновения нам бы хватило, чтобы улизнуть – кто ж хочет попадать подпервый удар магической атаки. Но внезапно зловещая дверь распахнулась. Напороге стоял…

Этим летом известный реконструктор Петя Викинг и его друг Вован КроваваяСекира решили отметить Солнцестояние по обычаю предков. Сразу после полёвки«Рагнарёк-2012», даже не снимая прикида, Петя отправился в Колодищи к своейбабушке, упаковал в мешок ещё живого кабанчика и понёс домой, в свеженькуюквартиру, за которую даже кредит не до конца выплачен.

По дороге, как водится, шуганул какого-то не в меру непочтительногопацанёнка. Каково же было его удивление, когда он обнаружил этого мелкогохулигана возле собственного подъезда - и глубоко в шоке!

Петя не был уверен, в его ли доме живёт этот малёк. Но Вован КроваваяСекира, который уже ждал его дома с пивом и специями, когда-то учился напсихолога. Вдруг сможет успокоить дитё… или просто загипнотизировать.

Дитё, как могли, успокоили. Оно призналось, что просто потерялось в лесу ине очень помнит адрес – но район не тот. Его посадили на кухню, а кабанчикарешили забивать в комнате, чтобы не травмировать детскую психику.

Когда нож уже был заточен, Вован вспомнил, что кабанчика положено опалить. Всё, что нужно для факела, у бывалых реконструкторов было. Только они непомнили, что надо делать сначала.

А пока два викинга дискутировали, кабан оценил обстановку. Поймал момент –и вырывался из мешка!

Вован попытался его рубануть – но только разодрал кожу.

Хряк бросился вскач по квартире, сокрушая мебель. Викинги – за ним, сфакелами, тесаком и топориком. Они почти смогли загнать его в угол, каквдруг в дверь позвонили.

Вот так и вышло, что когда дверь распахнулась, на пороге, чтобы успокоитьвстревоженных соседей, стоял Вован Кровавая Секира – бородатый, враскраске, семейных трусах, в забрызганном кровью фартуке, в одной рукенож, в другой – горящий факел.

Участковый Карпенко понял, что раздумывать поздно. Отскочил к лестнице, отшвырнул анх, выхватил табельное. И застрелил бы непрошеного берсерка наместе, если бы Телема не успела повиснуть у него на руке.

Хлопнул выстрел. Пуля срикошетила об железный косяк, влетела в коридор иужалила буйного хряка. Тот взревел, как труба иерихонская, рванул наружу, снёс Вована…

Увидав бешеную свинскую харю, участковый не выдержал. Фобия свиней, чтомогут и сожрать, и превратить тебя в хряка, была у него с детства. Он даже«Спокойной ночи, малыши» или «Калыханку» не смотрел – настолько боялсяХрюшу и Сеню.

Животный страх оказался сильнее подготовки – так что милиционер попростушвырнул в окровавленного кабана пистолетом и бросился наутёк. На бегу онвынес фанерную дверь на лестницу и вылетел во двор прямо с балкона третьегоэтажа.

А за ним, дико хрюкая, спланировал в песок и обезумевший от боли кабанчик, вместе со вцепившейся в загривок Телемой…

Вот так и вышло, что в тот летний полдень редкие новосёлы с АкадемикаКуприевича могли наблюдать, как по недостроенным велосипедным дорожкамубегает вопящий милиционер, за ним гонится ведьма лет двенадцати, оседлавшая кровавого кабана, а следом, размахивая топорами, бегут двабородатых викинга, измазанные кровью и в семейных трусах.

Они носились среди новостроек довольно долго – а потом легендарная ************ неотложки положила конец сему священному вакхическому безумию.