Точка невозврата

Фандом: Гарри Поттер. Точка невозврата — критическая черта, рубеж, после перехода которого нет возможности возвращения к исходному состоянию, нельзя вернуться назад. Точка невозврата одна. Дальше пути у всех разные.

23.07.1981 23:45Ритл был маленьким городком в тридцати милях от Лондона. Маггловский район, неприметный одноэтажный домик. Обычная сельская темнота, фермерские поля, дорожные знаки, пустая автодорога. Огрызок луны кутался в редкие облака, будто его знобило. А быть может, он просто боялся взглянуть на землю и усиленно делал вид, что прячется от людей.

Кау-Уотеринг-Лэйн была совершенно спокойной. Как будто здесь ничего не произошло.

— Вы трое за каким чертом здесь? — рявкнул Моуди.

— Она была одной из нас, — тихо сказал Люпин.

— Одной? — Моуди истерически рассмеялся — нервно, как по железу прогрохотал. — Да вам до нее еще дожить… — он осекся, махнул рукой и шагнул в приоткрытую дверь.

Фрэнк и еще один парень из аврората, фамилии которого никто не знал, переглянувшись, зашли следом.

Из темноты дома пахло страшно. Металлом и сыростью. И не доносилось ни единого звука, кроме шагов авроров и тихого бормотания Моуди. Ни стона, ни крика, ничего.

Безымянный парень чуть не сшиб всех троих, резко распахнув дверь, он вылетел, зажимая рот руками, и бросился в кусты — его рвало.

— Понабрали сосунков! — крикнул Моуди непривычно высоким голосом. — Блюют на месте преступления!

— Сколько их было? — пробормотал Люпин.

— У нее было двое детей, — Блэк был бледен донельзя и старался не смотреть ни на кого из друзей. — Младший… чуть старше Гарри и… Невилла.

— Невилл! — сдавленно вскрикнул Люпин. — Фрэнк сейчас там…

Они шагнули в темный провал двери, не сговариваясь, одновременно с Блэком. Петтигрю остался у крыльца, он так и стоял, обхватив руками голову, и мелко дрожал.

Комната была освещена лишь тусклой лампой на столе. Моуди продолжал бормотать свои заклинания, быстро перемещаясь по комнате, хаотично, как показалось им обоим.

— Осторожно, — услышали они хриплый голос Фрэнка. Он стоял у стены, невидящими глазами глядя на то, что случилось. — Здесь везде кровь.

Блэк посмотрел себе под ноги и увидел. Он сразу не сообразил, откуда натекло столько крови. Их было всего шестеро, но казалось — шестьдесят. Люпин отступил назад, он все пытался зажмуриться, но пересилил себя, достал палочку и осветил комнату слабым Люмосом.

— Молодец, — буркнул Моуди, не прерывая своего занятия.

Джеку МакКиннону было четырнадцать лет, и он, конечно, тоже пытался сражаться. Все, чему его научили в Хогвартсе — а чему его могли там научить? — он вложил в последнее в своей жизни заклинание, брошенное в Пожирателей. И сейчас его навсегда ослепшие, остекленевшие глаза смотрели на соратников его матери, словно спрашивая: я же погиб не зря? Он лежал на полу, сжимая в руке палочку, и из его перерезанного горла натекла на дощатый пол темная, вязкая кровь.

Старый мистер Уиттлси давно не мог ходить. Но Пожиратели не пощадили старика, одним безжалостным заклинанием разрезав ему живот. Блэк отвернулся, не в силах смотреть на то, что было человеческими внутренностями.

— Что это… что? — пробормотал он.

— Драккл его знает! — раздраженно откликнулся Моуди. — Какая-то мерзость. Не нож, нет. Знать бы, что, знать бы, кто, но я ничего не вижу.

В этой комнате не было больше тел, но было много, много крови. Блэк огляделся — к его ногам подтекала новая черная волна. Он посмотрел туда, откуда шла эта волна, и его замутило.

Марлин понимала, что защитить ни мать, ни маленького сына она не сможет уже ни за что. Они пытались скрыться за наспех отодвинутым диваном. Это была последняя, отчаянная попытка то ли воззвать к милосердию, которого не приходилось ждать, то ли покорно принять смерть, то ли закрыть глаза и притвориться, что все это происходит не с ними. Пожиратели располосовали их крест-накрест — двух женщин, вытащили из-за их спин и…

Блэк почувствовал, что теряет сознание.

— Бродяга, — услышал он откуда-то издалека голос Люпина и почувствовал, как теплый ночной ветер отчаянно бьется в лицо. — Бродяга, ты слышишь меня? Я понял, что это было.

— Сектумсемпра? — неверяще прошептал Блэк. — Нет, не может быть.

— Если то заклинание доработать, — тихо настаивал Люпин. — Мы не знаем, откуда его вытащил Снейп. Но мы знаем, в каких кругах он вертелся. Надо сказать Моуди.

— Надо, — кивнул Блэк. — Да, сейчас. Подожди. — Он отер лицо трясущейся рукой. Было невыносимо стыдно за то, что не выдержал, и страшно признаться самому себе, что снова зайти в этот ад не было сил.

— А Дерек? — очнулся он. — Муж Марлин? Он выжил?

— Он не выжил, — Фрэнк вышел на улицу и прикрыл за собой дверь. — Никто не выжил. Они пришли не для того, чтобы оставить кого-то в живых. Дерек бился с ними до последнего. Вам лучше не видеть, что с ним сделали. — Он нетвердой рукой выдернул из кустов полуобморочного напарника и приказал ему немедленно аппарировать в Мунго. А потом достал из кармана маггловские сигареты и закурил.

Ему никто не сказал ни слова.

— К этому не привыкнешь.

— К этому нельзя привыкнуть, Лунатик. Это можно только прекратить.

— Как? — спокойно спросил Люпин.

— Я не знаю. Но они уже не первые. Вспомни Доркас.

История ждёт вашей реакции

Страница 1 из 2Далее ›