Тор и великан Гейррёд

Немало приходилось Тору совершать богатырских подвигов, имея дело с великанами, И много рассказывают о путешествии Тора к Гейррёду. В тот раз не было у него ни молота Мьёлльнира, ни Пояса Силы, и виною тому Локи, который был в той поездке вместе с ним. Ибо вот что приключилось однажды с Локи.

Раз, чтобы развлечься, взял Локи у Фрейи соколиное оперенье и отправился полетать, и из любопытства залетел на двор к Гейррёду, увидел высокие палаты, опустился и заглянул в окошко. Гейррёд заметил птицу и приказал поймать ее. Слуга, которого он послал, стал карабкаться по стене: медленно подвигался он вверх и с большим трудом, ибо была та стена высока. Локи показалось это забавным, и он решил не трогаться с места, пока слуга Гейррёда не закончить свой трудный путь. Когда, наконец, слуга уже почти добрался до Локи, тот вознамерился улететь, но тут оказалось, что ноги его пристали к крыше. Схватили тогда сокола и отнесли к Гейррёду. Заглянув ему в глаза великан, и догадался, что перед ним вовсе не птица, и приказал Локи отвечать на вопросы, но Локи молчал. Запер его тогда Гейррёд в сундук и продержал там три месяца и морил его голодом. Через три месяца он его выпустил и опять стал расспрашивать, и Локи рассказал ему, кто, и, чтобы откупится, поклялся Гейррёду, что заманит к нему Тора без молота, Пояса Силы и железных рукавиц.

Тор согласился пойти с Локи к Гейррёду, но по дороге зашел отдохнуть к великанше Грид, матери Видара Молчаливого. Не любила она Гейрреда и поведала Тору, что великан этот хитроумен и очень силен. Она одолжила Тору свой Пояс Силы, свои железные рукавицы и свой посох, что зовется Посохом Грид. Пустился Тор в путь и добрался до реки Вимур, величайшей из всех рек на свете. Подпоясался он Поясом Силы и, упираясь против течения Посохом Грид, стал переходить реку; а Локи держался за Пояс Силы. Тор дошел уже до середины реки и заметил, что вода в реке быстро прибывает. Скоро она начала перекатываться ему через плечи. Тут Тор увидел, что на скалах, с обеих сторон стеснявших реку, стоит дочь Гейрреда; она-то и устроила наводнение. Поднял тогда Тор со дна реки большой камень и бросил в великаншу, крикнув ей: «Будет в устье запруда!» И он не промахнулся и попал как раз туда, куда метил. В один миг он очутился у берега и, ухватившись за ветку рябины, вылез из воды.

Отсюда и пошла поговорка: «Рябина — спасение Тора». Когда пришел Тор в дом Гейрреда, отвели его вместе со спутником в козий хлев. Там была одна только скамья, и Тор сел на нее. Вскоре заметил он, что скамья под ним поднимается к самой крыше; уперся тогда Тор Посохом Грид в стропила и заставил скамью опуститься на пол. Тут послышался хруст и крик: под скамьей схоронились две дочери Гейрреда; хотели они погубить Тора, придавив его к потолку, но вместо того погибли сами. Вскоре позвал Гейррёд Тора в палату — принять участие в играх. Там вдоль стен были разложены большие костры, и едва вошел Тор, Гейррёд щипцами достал из огня брусок докрасна раскаленного железа и бросил в Тора. Тор поймал брусок железной рукавицей и высоко поднял, так что Гейррёд поспешил укрыться за железным столбом. Но Тор с такой силой бросил в Гейрреда раскаленное железо, которое держал в руке, что оно пробило железный столб, и грудь Гейрреда, и стену и только потом, упав, ушло в землю.