Тюремная исповедь

Неожиданно включился свет, который бесцеремонно оборвал сон Марины.

— Четвёртый отряд, подъём, — прокуренным голосом заорала дежурная по отряду. Осуждённые привычно начали слазить со своих кроватей и одевать одинаковые хэбэшные халаты. В отряде стоял обычный утренний гул, и начиналась повседневная суета. Осуждённые заправляли кровати, грохотали дверцами прикроватных тумбочек — отряд готовился к построению, чтобы организованно оправиться умываться. В исправительной колонии для женщин начинался новый день.

— А тебе что, особое приглашение нужно, красавица? Дежурная по отряду, здоровенная рыхлая бабища, подошла к кровати Марины и презрительно смотрела на неё сверху вниз маленькими крысиными глазками. Это было первое утро Марины в ИК-40, и Марина, не догадываясь о последствиях своего поступка, демонстративно повернулась к дежурной по отряду спиной.

***

Пришла в себя Марина уже в медицинском блоке. Все тело болело, а голова кружилась.

— За что тебя так?

Марина с трудом повернулась на голос и увидела лежащую на соседней кровати старую женщину, которая внимательно смотрела почему-то не на саму Марину — а в пространство рядом с кроватью девушки. Женщине на вид было лет 80, а ее тело было покрыто тюремными татуировками.

— Не знаю, мне всё равно, — грустно ответила Марина и отвернулась к стене.

— А я знаю: грех ты большой совершила, девочка, за это и расплачиваешься. Вон, мёртвая за тобой ходит…

— Что? Ты тоже её видишь? Не молчи, пожалуйста, отвечай. — Марина, не обращая внимания на боль, вновь повернулась к соседке по тюремной палате. Женщина проницательно смотрела на Марину и укоризненно качала головой.

— Рассказывай, кто она, — женщина кивком головы указала куда-то в пустоту. Да, рассказывай, не бойся, — повторила она, — на мне грехов не меньше, не просто же так я сюда попала. Недолго мне осталось, уж коли я мертвецов видеть начала. Расскажи, что тебя мучает и тебе, глядишь, полегчает. Я скоро помру, может, там за тебя словечко-то и замолвлю, возможно, и мне зачтётся. И Марина решилась.

***

Я всегда была очень красивой девушкой. Я единственный ребёнок в семье, поэтому родители никогда мне ни в чём не отказывали. У меня было все, о чём другие дети могли только мечтать в моём возрасте. Я росла в роскоши и изобилии, поэтому позволяла себе надменность и высокомерие по отношению к людям. Наверное, из-за этого настоящих друзей у меня никогда не было. Была только Вера. Эта молчаливая и улыбчивая девочка с первого класса сидела со мной за одной партой и проживала в соседнем доме. Вера жила вдвоём с бабушкой, поэтому жили они небогато. Вера обычно одевалась очень скромно, но при этом — аккуратно и со вкусом. Я всегда по этому поводу над ней подтрунивала, Вера в ответ только грустно улыбалась и опускала глаза.

Сблизились мы с Верой, когда я начала списывать у неё домашнее задание. Потом Вера стала приходить к нам домой по вечерам. Родителям я говорила, что мы подруги. На самом деле, мне от неё нужно было только, чтобы она решила задачки по математике или написала за меня сочинение по литературе. Так вместе с Верой мы и выросли. После школы Вера поступила в институт, а я собиралась удачно выйти замуж и подбирала себе подходящую кандидатуру на роль мужа. Но неожиданностью для меня стало то, что мужчины отводили мне лишь роль любовницы, а замуж брать никто не спешил. Так как Вера училась и ещё умудрялась где-то работать в свободное от учёбы время, то с ней мы теперь общались гораздо реже. Я звонила Вере уже больше по привычке и от скуки. Новых подруг у меня не появилось, а мне нужно было кому-то выплеснуть всю свою злость, раздражение и неудовлетворённость жизнью. Вера, как и в детстве, очень близко к сердцу принимала мои проблемы, она приезжала ко мне посреди ночи и плакала вместе со мной, когда меня бросал очередной любовник.

Вскоре Вера окончила институт и открыла небольшое туристическое агентство. Вера всегда очень любила географию, но их семья никогда не могла себе позволить путешествия. Этим я часто пользовалась и — с чувством превосходства — рассказывала о том, куда мы с родителями съездили в очередной раз. Вера с интересом слушала, и каждый раз увлечённо рассматривала фотографии из нашей очередной поездки. И вот теперь её мечта путешествовать по миру осуществилась, да ещё и приносила ей хоть и небольшой, но стабильный доход.

Время шло, мои родители умерли, а из всего былого благополучия у меня осталась только родительская квартира. Работать я никогда не умела, да и не хотела, поэтому существовала на содержании многочисленных любовников.

На фоне неудач в личной жизни огромным потрясением для меня стал неожиданный звонок от Веры с приглашением на помолвку. О том, что у Веры есть парень, я не знала. Я вообще никогда не интересовалась жизнью подруги, — и при встречах мы обсуждали только мои проблемы и сомнительные достижения. Зная природную скромность и корректность Веры, могу предположить, что Вере было неудобно на фоне моих любовных неудач рассказывать про свою более удачную личную жизнь.

Парень Веры был из Испании, с ним Вера познакомилась благодаря своей работе. Поэтому они и организовали такое необычное для российского обывателя мероприятие как помолвка. Вера сказала, в этот день она не может допустить того, чтобы её лучшая подруга не разделила с ней радость от того, что она и её жених официально объявят о своём желании вступить в брак.

Я не буду рассказывать, как прошла помолвка, но приехав в Испанию, я с удивлением узнала, что парень Веры оказался молодым, очень красивым и весьма обеспеченным женихом.

После помолвки Веры и Макса, который оказался ещё и русским по происхождению, я всю ночь проревела в подушку, размазывая макияж по шелковым наволочкам. Я не понимала, почему? Почему эта серая мышь получила себе все: бизнес, богатого мужа, яхту и виллу в Испании. Ведь ей же этого ничего не надо, она никогда об этом даже не мечтала. А я — красивая и умная девушка — осталась одна в унылом провинциальном городишке: без денег, без мужа, без детей и без надежды устроить свою жизнь. И я поклялась тогда, что пойду на все ради победы. Я не позволю этой твари обойти меня и стать счастливой. Я отомщу ей за всю боль, которую она мне причинила сегодня.

Приехав домой, я разменяла квартиру, нашла бабку и бросила перед ней на стол фотографии Макса с Верой и пухлый конверт с деньгами. "Мне нужно, чтобы она умерла, а он — жить без меня не мог", — хладнокровно сказала я. Ведьма с интересом посмотрела на меня, одобрительно покачала головой и согласилась помочь.

Через месяц после моего обращения к колдунье Вера звонила мне и, рыдая в трубку, просила разрешения приехать ко мне домой. Она, всхлипывая, говорила, что Макс бросил её.

— Мне некогда, — холодно бросила я и положила трубку. Макс в это время лежал рядом со мной и слушал наш разговор.

Вскоре Вера заболела, она часто пыталась дозвониться до меня, но я не брала трубку. Потом я узнала, что она умерла — сгорела за несколько недель от какой-то неизвестной болезни. А с Максом что-то пошло не так — он подсел на наркотики и азартные игры. В результате через год после нашей свадьбы я стала женой конченного наркомана. Я хотела развестись, но тогда бы я снова осталась ни с чем. И я устроила так, чтобы Макс умер.

На похоронах Макса я впервые увидела её снова. Вера стояла рядом с гробом Макса и смотрела на меня с ненавистью. После этого она постоянно находится рядом со мной. Даже здесь, после того как меня обвинили в убийстве Макса, эта чертова тварь сейчас стоит рядом и смотрит на меня своими пустыми чёрными глазами.

***

Марина закончила рассказ и посмотрела в сторону кровати своей молчаливой слушательницы. Женщина лежала неподвижно, глаза её были открыты и покрыты мутной поволокой смерти, а в её мёртвых глазах застыл страх. Страх расплаты за грехи. Ведь за все рано или поздно придётся отвечать.