Утбурд (нерожденные дети)

В интернете полно информации об утбурдах, так что подробно расписывать про них не буду. Но если вкратце, утбурд (или myling)— это злой дух убитого младенца. Возникновение поверий об утбурдах связано с распространенной практикой умерщвления младенцев, родившихся с физическими недостатками, а также внебрачных детей.

Согласно статистике, в Швеции 17-го и 18-го века умертвление младенцев было самым распространенным типом убийства. Озлобленные утбурды запрыгивали прохожим на спину и требовали, чтобы те отнесли их на кладбище. Но по дороге туда утбурд становился все тяжелее и мог раздавить прохожего или же убить его, когда тот уже не мог двигаться. John Bauer (только это не утбурд, просто тролленок)

В Onager служанка родила вне брака и тайком умертвила дитя. В том приходе жил бедный батрак по имени Писли. Она взяла его чулок, засунула туда ребенка и закопала. Через некоторое время она собралась замуж, вот и устроили пир на весь мир. А когда начался танецневесты, то в дом закатился мертвый ребенок прямо в чулке, запрыгнул в середину хоровода и запел: «Моя мать надела золото, а я танцую в шерстяном чулке, а я танцую в чулке Писли!» Потом он подкатился прямо к ногам своей матери, но она упала в обморок, и ее унесли прочь. Вот так свадьба и закончилась«. (История записана на Фарерских островах и опубликована в сборнике Якоба Якобсена в конце 19-го века)»

В Visserjarda когда-то жил фермер, у которого умирали все новорожденные телята. Каждый теленок мог прожить только одну ночь, а наутро его находили мертвым, и никто не мог понять, что же происходит. Как-то раз корова опять отелилась, а в то время на ферме гостил сапожник. Фермер спросил его совета, почему же не удается сохранить жизнь ни одному теленку. — Ничего, уж я об этом позабочусь, — отвечал сапожник. Вечером новорожденного теленкаперенесли в ту комнату, где сидел гость. В те дни новорожденных телят вообще часто заносили в дом. Некоторое время сапожник шил, а потом в комнате появился малыш, одетый во все серое и ростом ниже полуметра. Он взял теленка и начал с ним плясать. Сапожник глазам своим не верил, но малыш подошел к нему и заговорил:— Сапожник, вот ты шьешь, а я — танцую с теленком!

Затем он вернулся к теленку и плясал с ним так долго, что тот упал замертво. Сапожник подумал, что все это очень странно. — Что ты такое? -спросил он малыша. — Я живу в ведре возле ног служанки, — ответил малыш. — Ну и ну, — отозвался сапожник. — Вот так дела!Тут малыш исчез, а поутру, когда фермер пришел навестить гостя, теленок был, разумеется, уже мертв. — Мало же от тебя проку, — упрекнул хозяин сапожника, но гость попросил его не торопиться. Он приказал разжечь огонь пожарче, затем подошел к кровати, на которой спала служанка, оторвал изножье, нашел там ведро, засунул в замок булавку, а после швырнул ведро в огонь. Из ведра сразу же послышались крики:— Вытащи булавку, вытащи булавку! Но они лишь подбрасывали дрова до тех пор, пока ведро полностью не сгорело. А дело было вот в чем: фермер обрюхатил служанку, а когда родился ребенок, они убили его и заперли в ведре, которое поставили в изножье кровати, чтобы он оттуда не выбрался. Тогда малыш начал мстить им, убивая телят. Но с того самого дня телят уже никто не тревожил«. (Записано в 1933 году со слов Johan Sjodin (1858 года рождения) в Visserjarda, Швеция)»

В Heroyvika, что возле Korsnes (Норвегия), есть большой мельничный пруд. Когда-то на холме стояла мельница, а в пруду при ней водились призраки. Рассказывали, что вокруг пруда бродят маленькие мальчики, а прохожие слышали детские крики в близлежащем лесу. Как-то поздно вечером одна женщина отправилась из Tysnes в Korsnes. Когда она подошла к пруду, то услышала те самые странные голоса, которые многие уже слышали до нее. Кто-то стонал и плакал так жалобно. Женщина прислушалась, а потом разобралась, что к чему, и произнесла отчетливо и громко, так, чтобы ее слова донеслись и до леса: «Нарекаю тебя, Сигрид или Йон, во имя Отца, Сына и Святого Духа». Стоило ей только произнести это, как все стоны умолкли, и с тех пор никто не слышал призраков возле мельничного пруда«. Поскольку не всегда было ясно, мальчик ли этот утбурд или девочка, то в случае их крещения упоминали два имени — мужское и женское, например, Анна и Йон. (Данная история была записана в Tysfjord, Норвегия, и опубликована в 1935 году)»