Ужас в ванной

Макс и Алина — мои хорошие друзья, и серьезности им не занимать. Сейчас они женаты и живут в собственной квартире. А я поведаю вам историю, произошедшую с ними еще в то время, как они искали квартиру, чтобы свить там свое «семейное гнездышко». Искали они долго, и вот, наша молодая пара нашла свою идеальную квартиру — двухкомнатную, в спальном районе недалеко от центра города, супермаркет рядом, до работы обоим ребятам недалеко. Да и цена вполне средняя для этого района. В общем, одни плюсы. На радостях даже не спросили, кому квартира принадлежала, почему продают и остальные тонкости. Решили заключить договор — пожить в квартире пару месяцев, и если не всплывут какие-нибудь «подводные камни», то покупают не глядя. На том и порешили. Надо сказать, что странностей никаких поначалу не было. Только когда дезинфицировали квартиру, мыли-убирали, Алина заметила, что в ванной комнате на верхнем дверном косяке небольшие крестики нарисованы, аж три штуки. Она их стирать не стала, подумала, что прошлые жильцы верующими были, а это оберег такой. А на самой ванне обнаружились полосы и небольшие бороздки, едва заметные. Будто скребли и стучали по ванне чем-то металлическим. Сказала Максу, тот осмотрел царапины и пожал плечами: «Да ничего, эмаль попозже поменяем. » Через пару дней въехали в свое новое жилище, все как надо — кошку через порог первой пустили, углы перекрестили, новоселье справили. Только со временем стали замечать, что в ванной комнате неуютно находиться. В зеркало неприятно смотреть, будто оттуда не свое отражение, а чужой человек наблюдает. Такое же ощущение возникало и от вентиляционного отверстия (думаю, в детстве это ощущение многим было знакомо — будто там сидит какой-то шушик и тебя палит). Максим, жутко смущаясь, даже признался, что завешивал это отверстие полотенцем, когда мылся, чтобы не так страшно было. Когда Алина однажды заметила это, то посмеялась над Максом: «Эх, ты! Здоровенный мужик, а боишься? Что за глупости! Нет ничего такого. Бредни всё это. » Сказала так, а у самой мурашки по коже. Вот после этого-то заявления и случилось с ней то, что заставило поверить «во все эти бредни». Через пару дней, когда Алинка принимала душ (уж извините за такие пикантные подробности), она выключила воду и начала намыливать шампунем голову, при этом зажмурив глаза, чтоб мыльная пена в глаза не попала. И вот, слышит, что по ванне какой-то скрежет идет. Не звонкий и металлический, а мягкий, едва слышимый. Шик-шик, шик-шик... «Может, соседи кран чинят. А акустика тут хорошая» — размышляла Алинка. А звук все не прекращался. «Или Макс напугать хочет, вот в дверь и скребется» Но ведь звук-то из самой ванны доносится, прямо из-под Алинкиных ног. Любопытство взяло верх, и она чуть приоткрыла один глаз. Тут-то ее и охватил ужас. Из сливного отверстия торчали два тонких, судя по всему женских пальца. Изогнувшись, они синхронно скребли по поверхности ванны у самого слива. Глаза Алинки просто на лоб полезли. С жутким нечеловеческим криком она вылетела из ванной, забежала в комнату, где смотрел телевизор Макс, и забилась в самый дальний угол кровати, до подбородка натянув одеяло. Ошарашенный Макс заглянул в ванную, но ничего странного, конечно же, не увидел. Стуча зубами, перепуганная Алинка рассказала ему все как было. И наотрез отказалась заходить в ванную, даже чтобы смыть шампунь с головы. Пришлось потом на кухне с тазиком и чайником возиться. В тот же день ребята «сделали ноги» оттуда. Временно переселились к родителям, все вещи из квартиры за несколько дней вывез Макс со своими друзьями, так как Алинка наотрез отказалась переступать порог этой славной квартиры. Ребята потом пытались выяснить, что могло там произойти — может, убийство какое, или еще чего. Так и не нашли ничего; в милиции эта квартира в сводках не проходила. У самого Макса есть одна догадка, мол, вполне возможно, что в ванне расчленили кого-то (или просто убили), оттого и зарубки на поверхности эмали, будто чем-то острым били. Версию эту Макс Алинке не рассказывает. Говорит, ей итак до сих пор эти пальцы снятся в не очень приятных снах.