В последний путь

Прошлым летом, в конце августа, в нашем доме произошло страшное горе. Померла Анна Прокофьевна из 53 квартиры. Неплохая бабка она была, мы с ней часто вместе на лавке у подъезда сидели, новости обсуждали. Даже письмо президенту хотели написать – пожалобиться на нашего управдома. Ну, да ладно… История не об этом.

В общем, хороша баба была наша Анна Прокофьевна. И родня у ней вся хорошая. Вот ейный главный наследник и племянник Федька всё хорошо оформил. Гроб купил красивый, все отпевания заказал, даже попа пригласил. А уж чего нам больше всего понравилось, так это то, что гроб с покойницей из морга к нам во двор привезли. Это чтоб Аня наша со скамейкой родной попрощалась, ну, заодно и мы с ней.

Ну, мы-то с подругой Шуркой первые пришли. Да… Чёрные платки одели, сидим на лавке, плачем… сопли по щекам размазываем… Батюшка-то панихидку отслужил уже. Родня-то Анькина уже в автобус попрыгала, кое-кто уже поминать начал, уезжать на кладбище собрались. Ну, Федька-то нам и сказал, что, мол, подойдите да попрощайтесь… А то когда ещё свидитесь-то… Мы-то с Шуркой подошли, а с нами ещё несколько баб. Стоим, смотрим. Прокофьевна лежит, как живая, прям…

Мы с бабами по очереди стали подходить да в лоб покойницу целовать. Когда подошла моя очередь, я уж было наклонилась, чтоб тоже приложиться. Как вдруг…

Смотрю, а у Аньки глаза открываются… и рука одна с груди вниз соскользнула… Я как заору! Бабы-то тоже это увидели… Стоят, воют, молитвы читают. Народ из автобуса повыскакивал, никто ничего не понимает, суматоха началась… Кое-как разобрались что к чему. Там одна врачиха была в толпе. Так вот, она объяснила нам глупым, что это такой научный факт – рефлекс называется. И вовсе Прокофьевна не ожила. Эта баба долго нам мозги промывала да успокаивала. Но наших-то старух не переубедишь ведь. Стоят они, крестятся и, знай, повторяют, что это не к добру. Быть в течении 40 дней ещё одному покойнику – верная примета… Голосят… Охают…

Ну, Федьке это надоело быстро, он цыкнул на нас, чтоб заткнулись. Гроб закрыли да унесли в автобус. Мы на кладбище не поехали, остались поминки готовить. А столы Федька велел прямо на улице накрыть. Шуронька-то моя холодца наварила, я кутьи намесила, Райка из первой парадной блинов напекла. И другие бабы тоже подсуетились. Стол очень уж богатый получился… Федька на это дело денег не пожалел, молодец.

Поминки у нас хорошо прошли. Прокофьевна нам в разговорах при жизни велела , если помрёт когда, чтоб все панихиды на кладбище остались, а дома чтоб её, как живую, поминали. Ну, мы и сделали, как она хотела. Песни попели, в конце даже танцы были. Вовка водопроводчик из ЖЭКа меня три раза приглашал.

А потом самое страшное и случилось. Мужики наши перепились да устроили поножовщину. И одного в драке ножом пырнули. Мы скорую вызвали, так она опоздала сильно, мы думали, что вообще не приедет. Пришлось нам с Шурой Ивана Макарыча, участкового нашего, бежать, звать. А пока бегали, мужик тот и помер. Так что, через три дня мы всем двором хоронили ещё одного соседа. И теперича я стала верить во всякие приметы. И вам советую. Слушайте, что пожилые люди говорят – они плохому не научат.