Веревочка

Алене было 30 лет, когда она со своим мужем переехали в свой дом от родителей. В 1980 году Николаю (муж Алены) дали участок под строительство в соседнем селе. Николай хоть и был обычным трактористом, пользовался уважением у председателя, и соседи его очень любили. Всю работу выполнял на совесть, выпивал очень редко и мало, уважал стариков и женщин, никогда в помощи не отказывал, а детей как любил — всегда у него для деревенских ребят гостинцы были, то конфетки, то яблочко.

Алена была с ним как за каменной стеной, уж очень он ее любил, никогда словом не обидит, да что словом, ни разу даже взгляд сердитый в ее сторону не кинул. Завидовали соседки такому мужу, так еще и участок дали в соседнем селе большой, ровный. Только вот завидовать было нечему, как считала Алена, вот 7 лет в браке, а детишек все нет.

Через два года отстроили они дом и переехали. Справили новоселье, как положено, гуляли все селом. Тут и еще одна радость — Алена забеременела, беременность была поздней, и Николай сильно волновался за супругу, поэтому он настоял, чтобы Алена бросила полевые работы и занималась домом, тем более в новостройке было чем заняться. Так прошло еще полгода, Алена провожала мужа на работу, а сама сидела шила то шторы, то скатерти, ну и конечно же одежду долгожданному малышу. Вскоре у них родилась дочь, Алена чувствовала себя самой счастливой, у нее было все: заботливый муж, собственный дом и самое главное — дочка.

Но счастье продолжалось недолго, Николай начал пить и много (ну не так чтобы каждый день, всегда по поводу). Ну а в деревне этих «поводов» хватало: у кого ребенок родился, у кого свадьба, у кого похороны. И начал он Алену после своих пьянок бить. Терпела она, старалась с синяками на люди меньше показываться, а по ночам плакала.

Как-то решила она родителей проведать, собрались с дочкой и отправились в соседнюю деревню, где старики жили. Мать с отцом обрадовались гостям, на стол накрыли, баню истопили. Вечером, уложив дочку спать, пошла Алена с матерью в баню, там-то родительница и увидела синяки, стала дочь расспрашивать, мол, что это и откуда. Алена расплакалась, долго в себе все держала и рассказала все как есть, сил терпеть больше нет, хоть обратно к родителям возвращайся. Выпьет, как с ума сходит, как будто не ее это Коля, а другой обезумевший человек перед ней. Мать выслушала ее и говорит, чтобы не чудила, негоже бабе одной с ребенком без мужика оставаться. И рассказала, как мужика «отучить» драться.

Погостила Алена в родительском доме еще пару дней и к мужу отправилась. Вскоре через три дома умерла бабушка. И решила Алена сделать, как мать ей советовала. Наступил день похорон, пошла она соседку в последний путь проводить. Перед тем как гроб закрыть, руки и ноги покойнице развязали, а веревочки в гроб положили. Все прощаются со старушкой, дошла очередь до Алены, подошла она к гробу, чтобы соседку в лоб поцеловать, а сама одну веревочку себе в карман положила. Пришла домой, вшила она эту веревочку мужу в трусы, где резинка. Тут Николай с работы пришел в баню, а потом собирается к соседу, у него корова разродилась, надобно телка обмыть. Алена собрала белье ему в баньку и те самые трусы ему дала.

Пришел Николай от соседа домой, сел на табуретку, смотрит на Алену «звериным» взглядом, а сделать ничего не может, сидит, руками машет, а сделать ничего не может, как держит его кто-то против его воли.

Так и повелось, как собирается куда, она ему эти трусы с веревочкой сует. Со временем после пьянки он стал меньше «звереть», а потом и вовсе все наладилось.

Написано со слов моей бабушки, Алена — это ее сестра двоюродная.