Восхищение

Фандом: Отблески Этерны. Написан на ФБ-15. Берто приходит к ведьмам со своей проблемой.

Берто отдал всё, что у него было: две нити жемчужных бус — и пытался отдать бусы янтарные, когда-то найденные на чердаке в какой-то шкатулке, но ведьмы не взяли.

Они вились вокруг него, невидимыми руками ерошили волосы, смеялись в уши и ничем, совершенно ничем не могли помочь.

— Танцуй! — звали они его, но у него вызывала тошноту сама мысль о том, чтобы весело простучать каблуками по камням, выбивая искры и звеня подковками. Никакого веселья он не испытывал.

— Нет! — твёрдо сказал Берто, решительной рукой отстраняя одну из ведьм, которая в облике вице-адмирала Вальдеса пыталась его поцеловать. Никакого желания целовать вице-адмирала Берто тоже не испытывал.

— Вы что, не понимаете? — возмутился он, но ведьмы и вправду не понимали или притворялись, что не понимают.

— Я его не люблю! Я его не хочу! Я им просто восхищаюсь и не знаю, что делать! — попытался Берто растолковать.

— Так танцуй! — предложили ведьмы в десятый раз.

— Ты рад!

— Ты восхищён!

— И правильно!

— Он прекрасен…

— Так танцуй…

— От радости…

— Что он есть…

— Что ты есть…

— Что живёшь!

— Танцуй!

— Не могу, — признался он. — Меня это мучает! Мне ведь уже не пятнадцать, чтобы я так замирал с открытым ртом. Что-то здесь не то, я не могу разобраться, а вы не хотите помочь.

Он в раздражении начал ходить вперед-назад под шатром из сосновых ветвей, сердито запахнул куртку, спасаясь от промозглого осеннего ветра.

— Я не понимаю… — повторил он, прижался спиной к шершавому стволу и стал смотреть на горизонт, где низкие серые тучи плотно смыкались с морем.

— Будь с ним… — предложила одна из ведьм, шагнув к Берто в облике его самого.

— Любуйся…

— Радуйся… — подхватили другие.

— Люби!

— Или найди лекаря, — посоветовала ещё одна ведьма, которая всё ещё оставалась Вальдесом, но больше не пыталась поцеловать.

— Лекаря? — удивлённо переспросил Берто.

— Если болен? — хором предложили ведьмы.

— Или только думаешь…

— Что болен!

— Я здоров! — возмутился Берто, даже отступил от них, наседающих резкими дуновениями ветра. — Вы что, думаете, будто я им одержим, что ли?

Ведьмы захохотали и ринулись вокруг сосны хороводом.

— Ну вот, — удручённо пробормотал про себя Берто, тиская в кармане не пригодившиеся янтарные бусы. — Что же делать?

— Раз здоров, так в чём же дело? — спросила одна из ведьм, остановившись перед ним. Она приняла облик Альмейды и смотрела внимательно и сурово.

— Восхищайся ещё! — добавила другая.

— Живи!

— Радуйся!

— Танцуй!

Берто боялся обидеть ведьм, а потому на всякий случай поклонился им, прежде чем уйти. Он знал, что они легко могут прочесть в его душе досаду и рассердиться, а потому поспешил прочь с горы. Вслед за ним нёсся ветер, всё пытался толкнуть в спину и поскорее прогнать, но Берто словно не замечал, погружённый в свои мысли.

Дойдя до подножия и собираясь отправиться по безлюдной дороге в Хексберг, Берто на минуту остановился. Ветер перестал дуть, и с вершины горы уже не доносился звон колокольчиков.

— Я просто хочу, чтобы восхищались мной, — негромко проговорил Берто в холодный осенний воздух.

В этой мысли не было ничего зазорного, но она царапала, как царапает босые ноги камень, ещё не обтёсанный и не скруглённый текучей водой.

Перед Берто лежала дорога, засыпанная опавшей листвой.

— Но смотря что мне придётся для этого предпринять, — добавил Берто, и слова слетали с его губ едва заметным белёсым паром.

Он и сам ещё не знал, что предпримет, но чувствовал, что на пути к выбранной цели ему придётся трудно.