Выбор жить

Пару лет назад мне было 17. Закончились сумасшедшие экзамены, я успешно поступила в вуз и прибывала в полной уверенности, что я счастлива. Была середина лета, через пару дней мы с семьей собирались на море. Я с нетерпением ждала отъезда, потому что в городе летом задыхалась. Жаркий летний день в городе – это духота, выхлопные газы и плавящийся асфальт.

В тот день мы с подругой собрались на пикник к реке. Шли медленно, ругали жару, пыль и машины. До спасительной реки осталась только небольшая дорога. Опасной она не была, движение слабое. Загорелся желтый свет, подруга нетерпеливо заозиралась по сторонам и, схватив меня за руку, потянула за собой.

Тихо течет ручеек, переливы птиц успокаивают. Я прислушиваюсь.

— Это ласточки, дождь накликают. От неожиданности я подпрыгнула на скамейке:

— Бабушка?

— Внученька? – старушка улыбнулась.

Бабушка мой самый близкий человек. Она всегда была рядом. Отец и мать много работали и часто уезжали в командировки, поэтому в детстве бабушка мне заменяла семью. Она могла успокоить одним словом, дать мудрый совет, поддержку. Год назад ее не стало. Помню, как рыдала мама, как рыдала тетя, близкие друзья семьи. А я не плакала. Меня просто внутри разрывала тоска, и было ужасное чувство, что меня лишили поддержки и я одинока.

И вот теперь мы сидим на скамейке под огромным дубом, рядом протекает ручеек, птички поют, травка растет, просто райское место.

— Жарко сегодня, — говорит бабушка и поправляет платок.

— Жарко, — соглашаюсь я. Я рада видеть тебя.

— Неужели успела соскучиться? Виделись ведь недавно.

Я не знаю что сказать. Может и правда бабушка с нами, а все это было дурным сном.

— Вся жизнь – сон, — заявляет бабуля, будто прочитав мои мысли.

Я вдыхаю воздух и прислоняюсь спиной к дубу:

— Мне так спокойно и хорошо здесь.

Бабушка пристально смотрит на меня, затем медленно встает и тяжелой походкой начинает уходить, постукивая дорогу палкой.

Я вскакиваю следом:

— Бабушка, куда ты?

— Мне пора.

— Зачем ты уходишь? Я хочу с тобой.

Бабушка останавливается и оборачивается ко мне, протягивая руку:

— Идем. Это твой выбор.

Я делаю шаг, и вдруг меня охватывает тоска, а тело начинает невыносимо болеть. Я чувствую, что плачу:

— Я не могу.

Бабушка улыбается и опускает руку:

— Правильный выбор.

— Но мне так больно. Я хочу, чтобы стало также спокойно и легко, как было только что.

— Будет. И твоя боль скоро пройдет. Иди.

Меня обволакивает белый туман, а руку пронзает резкая боль. Я начинаю лихорадочно сдергивать с себя источник боли.

— Тихо, тихо, успокойся, — мягкий вкрадчивый голос.

— Неужели в себя пришла?

— Надо ей сделать укол снотворным.

Я открываю глаза и вижу голубые стены, капельницу, полную палату врачей и размашистый дуб за окном. Я оставила в покое иглу и уставилась на полную женщину в белом халате.

— Ты в больнице. Вас с подругой сбил автобус.

— Бред какой-то.

— Ты была в коме неделю. Но сейчас, слава Богу, все в порядке. Вы родились в рубашке. Такой удар редко дает шанс выжить.

— А с Юлей что?

— Вчера перевели в обычную палату. Скоро пойдете на поправку.

Тело ужасно болело, а голова была какая-то ватная и левый глаз ничего не видел. Прикасаться к голове я почему-то боялась. В больнице я провела два месяца, и мое отторжение врачей и поликлиник достигло предела.

Не знаю, как объяснить мою встречу с бабушкой. Сном, желанием увидеть близкого человека, а может я правда вступила в другой мир.