Я — хозяйка

— Как все оказалось просто, — никто не поймет и не узнает, — мысли Киры были полны злорадства и превосходства над такими глупыми и недалекими людишками.

— Она была глупа, заслужила. Я достойна большего, достойна жизни.

— Как все оказалось просто, — никто не поймет и не узнает, — мысли Киры были полны злорадства и превосходства над такими глупыми и недалекими людишками.

— Она была глупа, заслужила. Я достойна большего, достойна жизни.

Вагон проносился, отражая сполохи фонарей на разрисованных панелях плацкартного вагона.

— Теперь все будет иначе. Судьба дала мне второй шанс? Ха! Я сама его выгрызла. Мне не нужна помощь, — глаза ее лихорадочно блестели на чуть тронутом загаром лице.

Не впервой было убивать этой симпатичной и миниатюрной девушке. Но всегда для кого-то, а тут такой шанс. Для себя. Для своего счастья. Сон навалился свинцовой крышкой на хрупкое тело.

Глаза в глаза. Две девушки, зеркальные отражения, стоят друг напротив друга. У одной выражение счастья на уставшем лице. Другая — спокойная и отрешенная.

— Я искала тебя! Сколько же я тебя искала! — руки приподнимаются, чтобы заключить в объятья сестру. Такую близкую, родную, единственную.

— И я — тебя, — вторая делает шаг навстречу.

Все случилось быстро. Шприц из кармана перекочевал в руку и вонзился в шею доверчивой девушки. Еще пять минут, и маленькая фигурка удаляется от гаражей. В ее кармане — новый паспорт, в ее мыслях — новая жизнь.

— Девушка, ваша станция через сорок минут.

Черный, горький кофе помог проснуться. Все. Пора.

Без вещей, без прошлого и настоящего Кира шагнула на перрон. Они действительно были похожи. Одна внешность и одинаково одинокая жизнь. Тем лучше. Тем проще. Такси остановилось в деревне. Ноги довели до небольшого каменного дома.

— Спасибо, сестренка, позаботилась, — ухмыльнувшись Кира вошла в просторную комнату. Заправленный очаг обещал тепло. Она оглянулась в поисках спичек.

— Что же ты так, сестренка, даже камин есть, а спички купить не догадалась. Негостеприимно, — достав зажигалку, чиркнула колесиком, даря себе долгожданное тепло. Не раздеваясь, она упала на… теперь уже свою кровать.

Кира открыла глаза. Настенные часы показывали половину первого ночи. Необъяснимое чувство паники захлестнуло с головой. Страх сковал тело. Она лежит не в силах пошевелиться, а взгляд мечется по комнате. Вот он выхватил часы в мертвенном свете луны, на стеклянном столике — недопитая бутылка вина и два бокала. Старинный сервант ловит блики огня от камина. Никого. Но чужое присутствие, буквально впивается в кожу.

— Кто здесь? — чуть хриплый со сна голос, разрезал звенящую тишину дома.

— Кто здесь?

Еле уловимые шорохи со всех сторон в ответ.

— Пожалуйста, прекратите, мне страшно.

Тяжелые шаги прогремели на чердаке.

— Тебя нет! Это бред!

— Бред… , — прошелестел, выползая из подпола темный туман.

— Уходи! Я здесь хозяйка!

— Я — хозяйка… , — угрожающе вздыбились шторы.

— Это сон! Тебя нет!

— Тебя нет, — проскрипел огонь, начиная облизывать деревянные доски пола.

Тишину ночи нарушил рев пожара. А где-то в дыму, раздается полубезумный шепот:

— Тебя нет. Все — сон. Я — хозяйка.