Я не выпущу Его!

Прошу вас, выслушайте меня. Возможно моя история покажется безумной, скорее всего мне никто не поверит, но я должен кому-то ее рассказать. Сейчас я пишу эти строки и ужас, склонившийся у меня над плечом одобрительно шепчет мне на ухо. Я давно перестал бояться этого шепота. Страх ушел, оставив после себя дикую усталость и чувство полной безысходности. Я думаю, он хочет, чтобы я рассказал об этом. А может быть ему просто все равно.

Очень грустно быть одиноким. Никто не хватится, если человек вдруг пропадет. Никто кроме него не услышит тихого шепота в тишине пустой квартиры. Не заметит как в углах сгущаются тени, слишком темные, слишком... живые. Я был из тех людей, которым никогда не скучно в компании себя любимого. Меня никогда, до последнего времени, не тяготило мое одиночество. А потом всё пошло наперекосяк.

Сначала в моей квартире стало как-то... мрачно. Светильники будто не могли полностью разогнать темноту. Было такое чувство, что мощность всех лампочек уменьшилась в два раза. Тогда я списал это на недостаточный уровень напряжения в сети. Как оказалось зря.

Затем звуки начали тускнеть. Нет, они не исчезли. Просто будто... отошли на задний план. Знаете как замирает природа перед сильной грозой? Не слышно пения птиц, стрекота кузнечиков. Только звенящая тишина. Предчувствие надвигающейся беды усугублял вечный полумрак, царящий в моем доме. Как закоренелый атеист и скептик, я просто не обращал на это должного внимания, просто принимая все как должное.

Мой привычный мир пошатнулся, когда появился шепот. Первое время даже скорее шелест, будто ветер играл опавшей листвой. Еле слышный, неуловимый. Словно кто-то безмерно далекий тяжело вздыхал. Тогда я испугался, сильно испугался, но было уже поздно.

У меня начались провалы в памяти. Я мог спокойно сидеть за столом, а потом обнаружить себя, забившимся в угол и бесцельно раскачивающимся из стороны в сторону или распластавшимся на полу в позе человека Да Винчи, уставившимся в потолок.

И самое мерзкое, я постоянно чувствовал чье-то незримое присутствие у себя за плечом. Легкое касание холодных невидимых рук, обнимающих меня сзади за шею и очередной провал в памяти. Вскоре я уже постоянно чувствовал у себя на плече легкую ладонь. Я ощущал себя куклой. Куклой в руках кого-то... или чего-то. Вот оно дергает за ниточки и я делаю все, что ему заблагорассудится.

А потом тихий шелест превратился в шепот и начал распадаться на отдельные слова. Некоторые я понимал, некоторые остаются для меня загадкой. Впрочем, я смог услышать и понять многое из того, что оно говорило мне. Представьте, что одиночество не просто привлекает нечто потустороннее. Представьте, что оно способно просто выдернуть нечто из его привычного мира, как сильный магнит.

А теперь представьте всю гамму чувств существа, выпавшего из своей реальности и попавшего в совершенно другой мир. Наш мир. Слишком яркий, слишком шумный.

Вы испуганы, вы обозлены. Более того, вы просто в ярости от собственного бессилия, от невозможности вернуться обратно. Связанные с существом из этого шумного и яркого мира вы начинаете понемногу менять окружающую обстановку под себя, начиная с мелочей. И вот, когда вам становится в меру комфортно приходит время показать зубы. Отомстить. Отомстить единственным возможным способом: захватить контроль над этим слабым телом и...

Что оно собирается делать, когда полностью овладеет мной, я не смог разобрать. Шепот здесь ускорился, будто говорящего переполнили чувства. Я разобрал только, что оно все пылает от ненависти. Да и его можно было понять.

Следующий провал в памяти был самым ужасным. Я очнулся ночью, посреди улицы, хотя последнее что я помню как я готовил себе ужин ранним вечером. Мои пальцы были испачканы в чем-то... мерзком, а на лице застыло довольное выражение мальчишки-хулигана, только что замучившего кошку.

Я не могу так больше. Не знаю, что оно сделает в следующий раз. Не очнусь ли я с окровавленными руками над свежим трупом? Сегодня я принял решение. Я не выпущу его.

Одобрительный шепот за спиной сменяется возмущенным шипением. Но пока он бессилен. Я выявил определенную закономерность во всплесках его силы и знаю, что прямо сейчас он не сможет захватить контроль надо мной.

Петля, прилаженная на крюк от снятой люстры мерно раскачивается. Шипение не утихает ни на секунду, кажется еще немного и у меня пойдет кровь из ушей. Я оставлю его в нашем мире без оболочки, являющейся одновременно источником силы и своеобразным якорем. Сейчас это единственный способ вырваться из цепких лап и убить его.

Да, я многое понял за время нашего вынужденного соседства.

Осталось только затянуть петлю на шее и спрыгнуть со стула.

Я не выпущу его.