Я убедилась, что лучше не гадать

Довелось мне на рубеже тысячелетий, в полудетстве, попасть в одну не слишком популярную больницу на юге России. Тогда ещё не было хосписов, не особо заморачивались орфанными заболеваниями. Это было полузакрытое медучреждение больше для исследований, повышения квалификации/защиты кандидатских, но, что важно, туда направляли действительно лучших медиков, и смертность в этой больнице стремилась к нулю. Пациентов там было сильно меньше, чем в среднестатистической больнице, но в основном они проводили там довольно длительное время. Как я, например — с сентября 2000 года по конец марта 2002.

Впрочем, в подростковом возрасте, даже находясь длительное время в медучреждении, мало думаешь о том, что ты чем-то можешь болеть, и находишь позитив и приключения чуть больше, чем везде, особенно, если Святки и самое время гадать. Для гадания идеально подходила гладильная комната, она была абсолютно пустая, не считая стола и огромного зеркала на стене, открыта 24/7, и сестра-хозяйка в ней не появлялась от слова совсем, тем более ночью.

Первое гадание мы с подругами устроили на зеркалах, это были Святки в 2001 году. Два установленных напротив друг друга зеркала, свеча, все как положено. Я, как инициатор, иду первой. Часов на руке не было, я не знаю, сколько я прождала хоть какой-то образ «суженого-ряженого» и уже даже собиралась выходить и сказать всем, что эта затея пустая, ничего не работает.

Примерно сразу после этих мыслей в зеркале появляется точка и начинает быстро расти. Я всматриваюсь, вижу, что это явно не чьё-то лицо, картинка становится всё больше, и в какой-то момент я вижу в зеркале арку из винограда, а под ней длинный стол и много-много людей за столом, лиц которых я даже не успела рассмотреть. Стало как-то не по себе, я опрокинула маленькое второе зеркало, сбила свечу и вылетела в коридор к ожидавшим меня сопалатницам.

Поделилась с ними впечатлениями, рассказала всё, что видела, добавила, что разочаровалась и никакого суженого не видела, и пошла в палату спать. Девчонки решили продолжить без меня и наутро рассказывали разное: у кого-то ничего не получилось, кто-то увидел в зеркале Джонни Деппа, Николаса Кейджа, любого другого секс-символа тех времён (если честно, даже не помню, кого именно кто видел), в общем, обычные девчачьи фантазии с претензией на реальность.

Второе святочное гадание было через год. К нам в отделение попала взрослая женщина (да, там лежали вне зависимости от возраста), которая, узнав о нашем желании узнать судьбу, предложила жечь бумагу на тарелке и по тени определять будущее. К слову сказать, это развлечение я не понимала с детства, потому что пятна Роршаха для меня — это просто чернильные пятна, я не умею видеть зверей в формах облака, а также фигуры, образованные гущей на кофейной чашке, ноль фантазии, в общем. Но я согласилась.

Тетка посмотрела на тень пепла смятой мной бумаги и задала вопрос: «У тебя отец не болеет? Вижу медведя, который погибнет к середине года». Я, смеясь, сказала, что он не только не болеет, но и вообще, он спортсмен-силовик, и с его должностью и доходом ему доступна любая медицина, в том числе и зарубежная. В общем, разочаровалась я в очередной раз в гадании на жженой бумаге.

Второе гадание сбылось быстро, вопреки тому, что я о нем забыла на следующий день — папа погиб в том же году, на Пасху, перед смертью несколько недель боровшись за жизнь, как сказали врачи. И да, его фамилия была схожа со словом «медведь», хоть та тетка и не могла об этом знать, так как моя фамилия была другой.

О первом гадании я вспомнила гораздо позже, когда выходила замуж. Мы гуляли свадьбу во дворе дома свекра, за длинным столом, который был увит аркой из виноградных листьев. Это было внезапно, за день до свадьбы я впервые увидела это место и узнала эту арку и этот стол только в момент застолья.

Смысл моей истории в том, что лучше не гадать. Какой-то нехороший осадок остаётся по прошествии времени.

А, может, все дело в том, где именно происходили эти гадания — мне неведомо…