Яркая вспышка

«Отныне я – Смерть, великий разрушитель миров» - Джулиус Роберт Оппенгеймер, цитируя Бхагавадгиту во время первого испытания атомной бомбы.

Не могу вспомнить точные подробности случая, который изменил мою жизнь навсегда. Все произошло так быстро и неожиданно. Помню лишь, как я загорал на солнце, а потом вдруг увидел яркую вспышку света. Настолько яркую, что мне пришлось прикрыть глаза, чтобы не ослепнуть. Помню, как сразу же после этого я услыхал жуткий грохот, сильнее любого грома. От пронзительного шума задрожала земля. Затем какая-то невидимая сила начала опрокидывать все, чему не посчастливилось оказаться у нее на пути.

Мне тоже не повезло. Я помню, как меня задел взрыв, после чего все потемнело.

Проснувшись, я обнаружил, что меня вынесло на берег пляжа. Я понятия не имел, сколько я лежал без сознания или сколько меня носило по волнам. Но каким-то образом я выжил. Как только я, шатаясь, встал на ноги, все тело пронзила невыносимая боль. Меня будто одновременно ударили тысячей горячих кинжалов, пропитанных кислотой. С мучительными стонами я подошел к морю, чтобы взглянуть в отражение и понять, как сильно я пострадал.

Мне потребовалось собрать всю свою силу воли, чтобы не закричать при виде своего отражения. Эта мерзость… Неужели это правда был я? Значит, взрыв меня изуродовал. Неудивительно, что все так болело. Меня изувечили и превратили в какую-то тварь.

Моя тоска вскоре уступила огромной ярости и ненависти. Почему? Почему это случилось со мной? Чем я заслужил такие страдания? Я никому не делал зла. Я жил один, вдали ото всех. Вел тихую мирную жизнь, в которой не за что наказывать.

Я решил, что они заплатят. Я решил, что отомщу тем, из-за кого так пострадал. Я хотел убедиться, что никому больше не придется испытывать тот ужас, что испытал я. Даже если для этого придется уничтожить человечество.

Я начал искать хоть какую-то цивилизацию. Я хотел отправить послание, предупреждение всем, чтобы они увидели, что натворили. Путь казался мучительно долгим, но я продолжал тащиться вперед, движимый решительностью и жгучей ненавистью к тем, кто со мной это сделал. Даже усталость и боль не могли меня остановить. Я должен был идти, пока не отправлю свое послание.

Вскоре я добрался до небольшой деревни, видимо, рыбацкой. На этом острове они жили уже много поколений. Старики, их дети, внуки – все были заняты своими обычными делами. Жили они без всяких новейших технологий, сельской жизнью. Я смотрел, как они работали, говорили друг с другом об обычных повседневных вещах и еще много чем занимались. И никто даже не подозревал о том, какую судьбу я для них уготовил. Им предназначалось первыми увидеть то, что породило человечество.

Именно тогда я напал на деревню. Начал опрокидывать уличные фонари, вырывать провода и швырять на землю. Люди в панике въезжали в них, от чего те искрились. Вскоре вся дорога была забита повозками. Затем я принялся уничтожать их лодки, чтобы никто не смог отсюда уплыть.

Досталось даже зданиям. Яростными ударами по стенкам я смог разрушить пару небольших домов и магазинов. Они обрушивались, погребая под собой тех людей, которым не посчастливилось оказаться внутри. Остальные здания я поджог, и вскоре вся деревня уже горела. Кто-то бегал и с отчаянными воплями пытался потушить пожар. Те, кого охватывал огонь, паниковали и бежали к океану в безумной попытке избавиться от свирепого пламени. Многие не успевали пробежать даже полпути и падали на землю обгоревшими трупами.

Наблюдая за результатами своей расправы, я заметил лежавшего на земле старика, покалеченного и окровавленного. Он взглянул на меня. В глазах его читался чистый страх, так, будто перед стариком стояло порождение самого Ада. Жизнь уже покидала его тело, но он смог выдавить из себя одно полное ужаса слово:

- Годжира.