Знакомец

В темной ночи, мучаясь от бессонницы, она по привычке протянула руку и обняла своего мужа. И только спустя минуту вспомнила, что мужа у неё нет. Дыхание перехватило. Оля хотела бы закричать, но просто не смогла. Тем временем, лежащий рядом посапывал во сне. Оля осторожно убрала дрожащую руку. Медленно, чтобы не разбудить незнакомца, сползла с кровати. Возможно, следовало бы поступить как-то по-другому, но Оля включила свет. Её ослепило в первое мгновение, а лежащий дёрнулся, просыпаясь и приподнимаясь на локтях. Его лицо будто расплывалось. Всего секунду. А потом на нём проступили знакомые черты её мужа Кирилла. Оля упала на колени и зарыдала. - Ну, что ты? – тёплые руки обняли плечи девушки. – Плохой сон приснился? - Не знаю… Оля уткнулась ему в грудь, её трясло от пережитого. - Я вроде бы не спала. Но мне показалось, что тебя никогда не было. - Как это? Пойдём, на полу не сиди, - Кирилл помог подняться и усадил на кровать, сам опустившись перед ней на корточки и вытирая пальцами слёзы. - Не знаю. Я подумала, что кто-то чужой у меня в постели. А про тебя будто забыла. Как будто тебя никогда не было. - Ох, зайка. Ты уснула, скорее всего, а спросонья мозг ещё и не так чудить может. Ложись, я тебя обниму и успокою. Оля кивнула и забралась под одеяло. Кирилл лёг рядом, прижал к себе, приговаривая слова утешения. Следом пошли поцелуи, а потом его рука скользнула вниз, приподнимая ночную сорочку. С утра она встала совершенно разбитой. Видимо, кошмар оставил отпечаток глубже, чем казалось. И даже ночной секс не помог. Голова просто раскалывалась. Оля выпила таблетку, а потом, сидя за кухонным столом, поняла, что работать сегодня не сможет. Начальник – мужик хороший, а Оля не злоупотребляла его добротой, потому отгул взяла без проблем. - Дома решила остаться всё-таки? Ложись в кровать, - сказал муж. Оля подлезла к нему под бок. - Голова болит жутко… - Поспи немного. Она проснулась через два часа. Муж лежал рядом. Оля коснулась босыми ногами холодного пола, нащупала тапочки и побежала в туалет. Теперь она стояла перед раковиной, рассматривая лицо в отражении. Ощущение лёгкой нереальности происходящего. Белый кафель, синее махровое полотенце, одинокая розовая зубная щётка в стакане – всё будто бы расплывается. - Тебе стало лучше? Она резко повернула голову. В дверях стоял Кирилл в одних трусах. - Да, голова прошла. Может позавтракаем? - Давай ещё немного поваляемся. - Хорошо… Через пару минут он уже сверху. Прижимал Олю к кровати, крепко держа её запястья над головой, и ритмично двигал бёдрами. После секса даже шевелиться лень. - Пить хочу… - тихо сказала Оля. - Сейчас принесу. Кирилл вернулся со стаканом, но Оля посмотрела немного ниже. - Ты что, опять хочешь? Что на тебя нашло сегодня? - Даже не знаю, что сказать. Меня возбуждает собственная жена. Удивительно! – он усмехнулся, подавая ей воду. Оля сделала несколько глотков, отставив стакан, поманила мужа пальцем. Сначала лёгкий поцелуй, а затем ласки стали смелее и глубже. Кирилл застонал, прижимая её голову к паху. Ладошка Оли скользнула по мужскому животу, и вдруг девушка замерла, поднимая глаза. - Что-то не так, зайка? Пожалуйста, не останавливайся. Он не должен ничего заметить. И хотя пальцы дрожали, а по спине холодок, Оля продолжала свои ласки до тех пор, пока Кирилл не кончил с тихим стоном. - Полежи. Я всё же пойду, сделаю нам кофе, - она старалась, чтобы голос звучал ровно. На кухне снова разболелась голова. Оля на секунду задержалась, увидев своё отражение в небольшом зеркале на стене. Осунувшаяся, бледная. Она включила чайник, открыла ящик. Большой нож для мяса отлично подойдёт. Мужские руки сжали её плечи. - Я соскучился без тебя, - прошептал на ухо Кирилл. – Зачем тебе нож? - Думала бутерброды сделать. - Таким большим? - Да вот и сама поняла, что-то не то, - она засмеялась, но смех прозвучал неестественно. - Может бог с ним, с этим кофе? Я снова тебя хочу. - Ненасытный… Иди, я сейчас. Объятия разжались, Но Кирилл никуда не уходил. Оля медленно закрыла ящик, повернулась, пытаясь улыбаться. Электрический чайник закипел и щёлкнул. Кирилл отвлёкся, и Оля воспользовалась этим, схватив тостер и обрушивая его на голову тому, кто называл себя её мужем. Кирилл отшатнулся. По левой стороне лица текла кровь. - Ты что, зайка? - Не смей меня так называть! – взвизгнула Оля, хватая чайник. Кирилл взвыл, ошпаренный кипятком. И в этом вое больше не было ничего человеческого. Черты поплыли, как тогда, ночью. Но на этот раз сквозь них проступило нечто нечеловеческое. - Тупая сука! – взревело существо, бросаясь на девушку. Но на этот раз в ход пошёл тот самый нож. Оля вонзила остриё в плечо, нажимая всем телом. Кирилл был выше её, но теперь тварь будто скукожилась, сморщилась. Его облик опять поплыл. - Андрюшенька, сыночек, - Оля прижала к себе окровавленное тельце. – Да что же это? Господи! Воспоминания ускользали, горе и ужас за сына заслонили собой остальные мысли. Но окровавленный тостер на полу… Если это кровь… Она серая какая-то. Оля из последних сил зацепилась за эту мысль, отталкивая от себя уродливое существо. Она выдернула нож, снова и снова вонзала его в мягкую плоть. И плакала. Её трясло. Существо на полу таяло, превращаясь в серую кашу. Вставая, Оля выпачкала ногу. В шкафу бутылка коньяка, которая стояла там с незапамятных времён. Пара глотков прямо из горла. Оля поморщилась. А потом села на ковёр, обхватив голову руками. Если бы не эта маленькая деталь, совершенно иная и неприметная, то его обман бы удался. У существа, которое прикидывалось её несуществующим мужем, а потом и сыном, не было пупка.