Золотое перо, ржавое перо

Здорово, Лешка! Вот радость-то – мы вместе, рядышком, стоим, дышим воздухом. Весна, Леха! Луна спряталась за тучи, невдалеке на старой березе щелкает соловей, ветерок прохладный – хорошо, правда? Как в молодости, Лешка, помнишь? Мы тогда сидели в парке, и я прочел тебе свои первые стихи. Ты тогда здорово над ними посмеялся, помнишь? И верно, скажу я тебе – никудышные были стишата – ни рифмы, ни смысла. А ты уже тогда классно сочинял. Ты вообще все делал классно: писал портреты, играл на аккордеоне, пил водку и любил девчонок. А особенно тебе удавались сатирические стихи, это надо признать! Умел, умел – ничего не скажу, за это мы тебя и любили. А я, как и все, про любовь, да про луну. Ты все время смеялся над этими листочками и цветочками, и правильно делал. А я, Лешка, старался, я учился, читал, писал, и ты заметил как-то, что стихи стали много лучше. Технически – так ты сказал.

Слышишь, Леха – где-то гуляют, песни поют. А тогда – что тогда? – а, тогда ты накатал на эти мои стихи эпиграмму, и я понял, что не быть мне таким поэтом, как ты. Во веки вечные! И бросил это дело, и долго, Лешка, не писал! Работал, женился, копошился. А ты уже издавался, тебя называли новой звездой поэзии. Твои эпиграммы печатали во всех крупных журналах. Я знаю, Лешка, я следил за тобой, я гордился дружбой с таким человеком. Даже письмо тебе написал, а ты не ответил, правда. Ну и правильно, есть у тебя время – письма писать! Потом, Леша, настали для меня тяжелые времена, и я вдруг, ни с того, ни с сего начал снова писать стихи, и пошло, знаешь. Получалось, я скажу тебе, очень даже неплохо. Даже печатали. Потом заболел. И вот – стою. Одно и утешает – мой лучший друг – Лешка Скворцов – со мною рядом стоит. Талантливый поэт! Ты чего ревешь, Леха? Да ты что? Лирический поэт? Я? Тираж в мировой литературе… сотни тысяч экземпляров… переиздания? Дела… Как ты сказал? Основатель жанра лирической поэзии 23 века? А ты? Одна книга? Эпиграмм? Да… Меня в школах, и в Англии? И в Америке даже! Кто бы мог подумать! Ладно, не реви, Леха, брось! Уж мы-то с тобой знаем, кто истинный поэт, правда? Ты – Лешка! Так как ты – никто не писал, и не напишет! Это я тебе говорю. А лирика… лирику каждый может.

Цветы носят? И только мне? А тебя забыли? Знаешь, что я скажу тебе, Лешка – ни фига они в поэзии не понимают, уж мне ли не знать! Не реви, Леха, на вот – возьми цветы, возьми еще, еще! Они твои, мой старый, мой талантливый друг! Успокойся, Лешка! Разве плохо – соловьи поют, где-то аккордеон вдалеке, березы шумят, луна вышла из-за туч. Красота!

22 января 2009 г.