Зов гибели

Был вечер. В прибрежном городке темнело. Генри сидел на кухне и читал Стивена Кинга. От чтения его отвлекла тишина. Она была мягкой, почти бархатной, и она наполнила весь город. Не гудели машины, не кричали рабочие, даже соседи выключили телевизор. Тишина.

Генри услышал, как бьёт в его висках кровь. Он встал и, стараясь как можно громче топать, направился к аптечке. «Одной таблетки валерианы будет достаточно», - решил он. Он тихо подошёл креслу, сопротивляясь сонливости, развернул его к окну, обращённому к морю и плюхнулся в него, отдавшись дрёме.

Через несколько минут бой в висках утих. Тонкий, протяжный звук на повышенных тонах заставил его раскрыть глаза. Звук смолк. Он решил не засыпать и начал разглядывать ещё рдевший горизонт. Алые волны мерно покачивались, справа, у самой рамы окна, проходила яхта. Последние чайки искали гнёзда в пустом море.

Тишина начала давить на голову. «Может я оглох?» - эта мысль заставила Генри присвистнуть. Свист его прозвучал будто набат. Но тут нечто, появившееся среди волн, прямо на горизонте, его одёрнуло. Остров невиданной величины поднимался из волн, набирая и набирая размер. У этого острова появились два огромных черных круга и невообразимые щупальца, делая из острова гигантского спрута. Спрут поднимался на гигантском столпе, пока из воды не появились два острова, приходившихся монстру плечами. Он воздел руки размером по небоскрёбу, запрокинул голову и издал такой рёв, что с потолка посыпалась извёстка. Рёв продолжался и продолжался, начали падать шкафы, и мерцать свет, казалось, дом обрушится.

В панике Генри вскочил, но тут же упал на колени. Белая пена проступила на его губах и потекла с подбородка. Ему в глаза бросились таблетки, что он только что съел. «Мышьяк» гласила надпись. Он поднял голову, огляделся по сторонам и упал навзничь, зайдясь в смертельной судороге.