Чапик

- Чапик хочет кушать, - говорит маленькая девочка, и одна из смрадных пастей гиганта загребает несколько человек рядом со мной, кого-то проглатывая, а кого-то перекусывая. Кровь, внутренности и конечности брызжут как сок спелого яблока изо рта ребенка. Я хватаю малышку и тащу подальше отсюда, лихорадочно соображая, где мы могли бы укрыться. Оглядываюсь на монстра, столь огромного, что его фигура вроде как и не удаляется от меня, как бы я не спешил... Громадина высится далеко над домами, упираясь макушкой в закатное кровавое небо, и множество пастей на длинных шеях шарят вокруг. Я всегда любил закаты. Именно такие, алые, тихие, вспыхивающие на несколько минут как редкий камень в колье светской дамы. Чудовище делает шаг одной из четырех лап, и дом моего друга Олежки приминается как фантик от конфеты под пяткой бегущего мальчишки. В боку колет, сказывается сидячая работа и пиво по выходным. Мне уже за сорок, у меня нет жены, детей, родители давно умерли. Вся моя жизнь - это работа, пара приятелей и иногда залипание в новую компьютерную стратегию. - Где твои родители? - кричу я, сквозь грохот позади. Девочка молчит, заторможено глядя куда-то мне в подмышку. - Как тебя зовут? - стараюсь говорить спокойнее, замечаю разрушенный двухэтажный дом, который съехал набок, как карточный домик. Провал подвала напоминает о бомбоубежищах, расположенных как раз в этих старых домах. Ныряю туда. Сперва скидываю девочку, стараясь опустить ее как можно ниже, чтобы она не ударилась. Затем спрыгиваю сам. Включаю фонарик на телефоне, хватаю ребенка за руку, лихорадочно ищу массивную дверь или какой-то указатель. Ничего нет, я ошибся, это не тот дом. Выключаю фонарик, укрывшись под уцелевшими сводами подвала у труб. - Я Танечка, - говорит малышка. - Танечка, где твои папа и мама? - меня трясет, ее - нет. Мне страшно, она выглядит грустной. - Их съел Чапик тоже... Я не хотела, я хотела, чтобы мамочка меня не била. - Чапик... Ты что... Ты про это? - машу рукой в сторону чудовища, при этом замечаю, что звуки колосса приближаются, и покрываюсь холодным потом. Уставшее обленившееся сердце непривычно трепещется, больно царапая изнутри. Девочка кивает. - Он был хороший, я его кормила во дворе. На кухне брала ему покушать. Мама ругалась всегда очень, она собачек не любит. - Он не похож на собачку, милая... - Он был похож. Он был маленький и рыжий. Но папа сказал я от него заражусь чем-нибудь и потом побил его. Я очень испугалась, убежала и спряталась. А потом появился дядя и сказал, что я хорошая девочка и он исполнит мое желание. - И... что ты пожелала? - Чтобы Чапик защитил меня ото всех, кто может меня обидеть, - она смотрит мне за спину, в пролом. Я не оглядываюсь, только чувствую вонь, смешанную с запахом крови, и заваливаюсь набок, прикрывая рукой затихающее сердце.